— Джереми, это ужасно, — прошептала леди Эмилия, качая головой. — Как же так… все считают, что его величество полностью выздоровел, но из-за заговора и покушения на семью очень занят… и недавний приём во дворце… он же присутствовал на нём…
— На короле была качественная иллюзия, поэтому никто ни о чём не догадался, — сдержанно отозвался лорд. — Ты поняла, почему я выдал тебе государственную тайну?
— Да. Конечно. — Леди Эмилия сцепила подрагивающие пальцы в замок так сильно, что костяшки побелели. Но уже через мгновение женщина резко поднялась, нервно заламывая тонкие руки, прошлась по кабинету, потом подошла к мужу, который с беспокойством наблюдал за ней, забралась к нему на колени и заглянула в напряжённое лицо.
— Я в порядке, — шепнула леди Эмилия. — Спасибо, что рассказал мне. Теперь я, действительно, больше не сомневаюсь, — женщина тихо вздохнула, глаза на миг блеснули влагой, но она сдержалась, закусив губу. — А теперь расскажи последние новости о нашей девочке, — сдержанно попросила Эмилия, полностью справившись с собой.Мужчина, не скрываясь, выдохнул с облегчением, крепче обнял свою любимую супругу. Хотя Эмилия никогда не была истеричкой, лорд Джереми всё же переживал, как она воспримет информацию. Всё же узнать о том, что сын болен чем-то практически неизлечимым, от чего умирает сам король, — тяжёлая весть. Но его хрустальная леди с достоинством выдержала и этот удар.
— Тинария сдала экзамены за второй курс. Не все на отлично, но сдала хорошо. Преподаватели ею довольны и искренне восхищены её успехами, — охотно ответил лорд на вопрос супруги.
— За полгода она уже освоила двухлетнюю программу обучения! — с недоверием прошептала леди Дарлин. — Пресветлая, дай нашей девочке сил и здоровья! Она учится днём и ночью, и у меня сомнения, что она вообще спит!
— Уверен, почти не спит. Ректор ясно дал понять и ей, и нам, что исключений не будет, проклятие быстрых крыльев она изучит только на шестом курсе. Как он сказал? — лорд Джереми нахмурился, вспоминая. — «Адепт должен быть подготовлен не только теоретически, но и магически. Должен вырасти как маг. Иначе сгорит в собственной магии». Вот девочка и спешит.
— Мисс Эвелина как-то призналась мне, что иногда Тинария не спит неделями, помогая себе восстанавливаться магией, — тихо вздохнула леди Дарлин. — Я очень переживаю за неё.
Лорд Дарлин бережно обнял супругу, осторожно прижал к себе, словно боялся повредить.
— Не смотри, что девочка выглядит хрупкой, она сильна духом, упряма и упорна. И, похоже, ради нашего Эда готова на многое. Тинария любит его.
— Любит, — тихо повторила леди Эмилия и пронзительно посмотрела на мужа. — Как к Тинарии сейчас относятся в академии? Получше?
— Ну от шока уже отошли, — усмехнулся лорд Джереми. — От первого. Но эта девушка постоянно всех удивляет то одним, то другим своим поступком.
Леди Эмилия слабо улыбнулась в ответ, вспомнив рассказ подруги, которая преподавала в столичной академии магии на всех курсах Магическую защиту.
«Эми, её появление произвело эффект бомбы. Сначала никто не понял, кто она и почему к ней такое особое отношение. И мы, преподаватели, в том числе. Ректор, старый интриган, держал интригу до конца. И вот представь, Эми, в академии появляется таинственная девица в форме адептки, на груди которой знак особого отличия и расположения — королевская астрелия, а за спиной — тени принца Роберта, которые следуют за ней по пятам. При этом она совершенно невозмутима, спокойна, с чувством собственного достоинства. Сначала все решили, что девушка ни много ни мало принцесса из соседней империи, которая инкогнито решила учиться в академии нашего королевства. Все мечтали быть ей представленными, от адептов до преподавателей. Через время решили, что девушка — невеста его высочества, ну, или фаворитка. Особенно когда принц пару раз появился в академии и оба раза находил мисс Налт и беседовал с ней тет-а-тет. Когда же узнали, кто девушка на самом деле, отношение к ней резко изменилось. Я так полагаю, из-за её неблагородного происхождения. Я наблюдала за ней и остальными. И скажу тебе, что Тинарию Налт совершенно не трогали насмешки и пренебрежение остальных адептов. Несколько раз тени вынуждены были принять меры к нескольким зарвавшимся. А потом как-то в столовой один адепт, оскорбивший её, мгновенно уснул, упав лицом в рисовую кашу. Где находились в то время тени, не знаю, может еду для себя накладывали на подносы. В общем, девочка и сама в обиду себя не дала. А как-то один адепт икал весь день на лекциях, а у другого началась диарея, причём внезапно, и после оскорбления мисс Тинарии…» — подруга смеялась, рассказывая о том, как Тинария Налт завоёвывала своё место во враждебной ей академии.