В памяти мелькнули воспоминания детства. Сначала робко, а потом замелькали всё увереннее. Много-много цветных и ярких воспоминаний, добрых и счастливых, где Тина и Эва вместе. И Эва, конечно, всегда руководила в их двойке, но никогда Тину не обижала. Всегда защищала, опекала.
Калейдоскопом воспоминания проносились в мыслях, сменяя друг друга, отрезвляя Тину, вселяя в душу уверенность, что она справится. Со всем. И с этой неожиданной любовью тоже. Потому что иначе никак — после смерти родителей ближе Эвы у Тины действительно никого не осталось.
— Тинка, ты чего замерла безмолвной статуей? — привёл Тину в себя удивлённый голос Лоры. — Заколдовал кто? — хмыкнула девушка.
— Задумалась, — Тина грустно уставилась на стопку отглаженных чистых полотенец в руках горничной.
Вот было же и у неё беззаботное время — вытирай, убирай, относи, приноси, и горя не знай. А сейчас…
Надо же было случиться этому трёклятому покушению рядом с их поместьем! Лучше бы сэр Эдвард появился перед самой свадьбой! Теперь Тина понимала, что так лучше было бы для всех, в том числе и для самого лорда, который вскоре узнает, что несколько дней уделял всё своё внимание не невесте, а её горничной.
— Много думаешь, Тина. От госпожи опылилась? От мыслей, знаешь ли, женщины быстро стареют, и морщины появляются, — усмехнулась Лора.
— Лора, Эва пошла переодеваться в свою одежду. Мы решили закончить всё это, — тускло проговорила Тина, вяло махнув рукой.
— О, — вытянулось от удивления лицо у горничной, которая сразу сообразила о чём говорит девушка. — А, знаешь, мне жаль. Нам было весело наблюдать за этим бедламом, — хмыкнула Лора. — Никогда не было так весело в поместье. Парни даже ставки стали делать, на какой день ты расколешься и выдашь себя.
— И?.. — криво усмехнулась Тина.
— Что «и»? — фыркнула Лора. — Ты удивила всех. Не выиграл никто.
— Значит, проигравших нет?
— Ну как сказать, Тинка, — взгляд Лоры изменился, стал вдруг мудрым и проницательным; она внимательно всмотрелась в бледное и несчастное лицо Тинарии и погрустнела. — Думаю, есть. Похоже, что ты проиграла здесь больше, чем выиграла. Но, знаешь что, со временем проходит и забывается всё.
Сказав это, Лора понесла полотенца дальше, а Тина стала размышлять над тем, что горничная имела в виду.
В малую столовую, где её терпеливо дожидались гости поместья и миссис Луисон, девушка вошла с задумчивым видом и с отрешённым взглядом села за стол.
Когда мисс Стрендж вышла из столовой со своей горничной, Майкл обратился к её компаньонке:
— Миссис Луисон, известно, когда милорд вернётся в поместье?
— Нет, сэр. Но, думаю, через три-четыре дня. Когда лорд Стрендж уезжает в столицу, столичные дела обычно занимают у него по времени три недели. Третья неделя уже на исходе.
— Миссис, а могу я задать вам несколько нескромный вопрос? — лукаво улыбнулся Майкл, а в синих глазах мужчины появилось столько симпатии, что Эдвард не смог скрыть удивления во взгляде, как и миссис Луисон. Кроме того, Эдварду показалось, что в женском взгляде удивление быстро сменилось испугом.
— Милорд, леди не любят нескромных вопросов, — сухо ответила миссис, а взгляд, ещё мгновение назад, казалось, растерянный и испуганный, стал холодным и даже слегка презрительным.
— Это я погорячился, назвав его нескромным, — тут же стал каяться Майкл, обаятельно улыбаясь. — Он, скорее, личный.
— Боги, сэр! Личные вопросы леди могут задавать только очень близкие люди, а вас я никак не могу отнести к этой категории, — миссис Луисон уже полностью овладела собой и теперь смотрела на лорда Рида холодно и колюче.
— Майкл, откуда у тебя могут быть нескромные и личные вопросы к леди? — вмешался Эдвард, желая разрядить обстановку. — Перестань пугать миссис и придумай для игры вопрос нейтрального характера.
— Ах, так дело в игре? — компаньонка миледи Стрендж заметно расслабилась. — Наверное, я изначально неправильно поняла вас, милорд, — обратилась она к лорду Риду, позволив себе улыбнуться. — Но в любом случае давайте придерживаться негласных правил этикета и в этой игре.
— Хорошо, как скажете, — мягко проговорил Майкл. — И всё же, предлагаю начать игру без нашей очаровательной хозяйки. А то, право слово, со скуки я скоро скисну как недавно молоко у вашей молочницы.
— Хорошо, сэр. Давайте начнём, — согласилась миссис, ещё больше машинально выпрямляя и так прямую спину, не отрывая от лорда Рида глаз, в которых застыла лёгкая насторожённость.
— Мой первый вопрос к вам, леди, — лорд Майкл откинулся на спинку стула. — Как давно вы знаете мисс Стрендж?
— Два года, сэр, — с видимым облегчением ответила миссис Луисон. — Когда леди Эвелине исполнилось шестнадцать лет, милорд Стрендж отправил в столичные газеты объявление о том, что ищет компаньонку для дочери. Я и откликнулась. Рекомендательные письма милорда удовлетворили, и он нанял меня. Ничего необычного, сэр. Всё, как и в других благородных домах.
— Спасибо, миссис, за исчерпывающий ответ, — поблагодарил Майкл.