Вечером, когда лорд и леди Дарлин, наконец, уединились и смогли поговорить, с лица леди Эмилии тут же сошло счастливое и безмятежное выражение.
— Рассказывай, — леди смотрела на мужа пристально и требовательно. — Почему ты сказал о том, что Эди нашёл свою истинную и сбежал? — взгляд миледи остро впился в задумчивое лицо мужа.
— Интуиция, — мягко улыбнулся лорд Дарлин и вздохнул.
Эмилия Дарлин сразу погрустнела. Женщина верила в интуицию мужа, не раз убеждалась, что к ней нужно прислушиваться, плюс за много лет от сослуживцев мужа наслушалась многочисленных рассказов о ней и о том, как генерал Дарлин принимал важнейшие стратегические решения и не раз спасал свою армию, повинуясь только своей необыкновенной интуиции.
— Почему тогда Эдвард отрицает это? Почему ничего не говорит нам? — хмуро спросила леди Дарлин.
— Я узнаю, моя хрустальная, — пообещал Джереми. — Наверное, у него есть для этого причина. И всё же есть некоторая вероятность, что я ошибаюсь. Я давно уже не тот интуит, которым был.
— Глупости! Ты ещё ни разу в жизни не ошибся, — вздохнула леди Дарлин.
— Ошибся, — усмехнулся лорд Дарлин. — Когда тридцать пять лет назад поверил, что не нужен тебе.
— О! Любовь часто делает из людей неуверенных глупцов! — хмыкнула леди Эмилия. — И, поверь моему опыту, интуиты не исключение! — миледи беспокойно заходила по спальне. — Я не верю, что истинная нашего сына оказалась недостойной девушкой. То, что она низкого происхождения, меня не пугает.
Лорд Дарлин усмехнулся с пониманием. Когда-то и он был слишком низкого происхождения для леди Эмилии Остен, дочери герцога Остена.
— Может, она страшна лицом, как думаешь? Или фигурой? Вдруг она слишком толстая или, наоборот, худая? Поэтому Эди сложно? Или вдруг эта мисс Налт косая или рябая? Или хромает на одну ногу?
Лорд Джереми сначала хмыкнул, потом рассмеялся.
— Или на обе? Ну ты разошлась, Эми. Сейчас мисс Налт из-за твоей богатой фантазии ослепнет и облысеет.
— Может быть у неё слишком дурные манеры? — гадала леди Дарлин, не поддержав веселье мужа. — И это его оттолкнуло? — женщина тяжело вздохнула, покачала головой, зная, как её сын ценит в девушках элегантность, утончённость и идеальные манеры.
— Это вряд ли. Если бы у мисс Налт были дурные манеры, мисс Стрендж не затеяла бы Отражение, — резонно возразил Джереми. — Да и Тобиас написал, что его дочь и спасительница Эдварда росли вместе как сестры. Значит, девушку либо обучали манерам и этикету, либо она сама многому научилась, наблюдая за Эвелиной Стрендж.
— Хм… Ты прав. Тогда я не понимаю, — леди Дарлин остановилась перед мужем, который сидел в кресле и следил за ней взглядом. — Если мисс Налт — истинная нашего сына, как он может говорить, что это не так? Я столько читала об истинных парах и знаю, что оба избранных теряют голову друг от друга, им сложно находиться вдали друг от друга… Особенно в первые дни и недели.
— Нашему сыну тоже сложно, разве ты не заметила?
— Заметила, милый, что он грустный и поникший, хотя уверен, что хорошо держит лицо. А ещё обратила внимание, что в разговоре в парке ты несколько раз, будто к слову, упоминал мисс Налт. Я держала Эдварда под руку и каждый раз чувствовала, как он напрягался при упоминании её имени.
— А ещё терял нить разговора, — спокойно проговорил лорд Дарлин.
— Точно! — глаза леди Эмилии вспыхнули звёздами.
Леди ловко забралась на колени к мужу, обняла его за шею и заглянула в задумчивые карие глаза.
— Надо разобраться в этом тёмном деле, — прошептала Эмилия, слегка хмурясь. — Если ты прав, а ты, как правило, всегда прав, когда замешана твоя интуиция, то наш сын может стать очень счастливым человеком. Или очень несчастным. Если, подобно другим идиотам, упустит свою истинную.
— Дорогая, мы никогда не узнаем, прав я или нет, — вздохнул лорд Дарлин. — И ты это знаешь. В наше время нет ни одного способа проверить истинность пары.
— Есть. Один единственный, — широко распахнула глаза леди Эмилия и грустно улыбнулась. — Но он нам, конечно, не подходит, — поджала она губы. — Вот если бы можно было его подстроить, но… здесь дело в энергетических нитях пары, которые соединяются в одно целое при жизни избранных и обрываются со смертью одного из неё. Подобное не подстроить специально.
— Но в одно целое сейчас они соединяются только после… хм? — лорд Дарлин вопросительно посмотрел в задумчивые серые глаза.
— Вот именно. Только после этого «хм», — задумчиво кивнула леди Эмилия. — Хотя раньше, тысячу лет назад, всё было иначе.
— Я помню старинные легенды. Хватало одного взгляда и прикосновения, чтобы проявилась истинность изящными браслетами-татуировками на запястьях. Отчего наше поколение постигла такая несправедливость? — риторически вздохнул лорд.