Парочка далеко внизу все еще лежала, самозабвенно обнявшись. Только через некоторое время, показавшееся Джаггеру вечностью, раздался пронзительный крик. Девушка вскочила, юноша бросился бежать по берегу к месту падения.
Джаггер отвернулся. Он был противен в этот момент сам себе.
Небо посветлело. Выглянуло солнце, и море опять засверкало всеми цветами радуги.
Они прошли вдоль всего порта и теперь свернули на боковую улочку. Брайони была в туфлях на высоком каблуке, устала и еле шла. Джаггер не дал ей времени на переодевание после ужина. Сейчас они стояли перед обветшалым домом. Джаггер постучал, и дверь вскоре приоткрылась.
Вначале они увидели только пару блестящих глаз. Затем — блеснувшие в улыбке белоснежные зубы. Наконец, дверь открылась чуть пошире, и они смогли войти. Зажегся свет, и они обнаружили, что стоят в мастерской, полной досок, брусков, буйков и канатов.
— Разрешите представить вам дядюшку Анжело, — сказал Джаггер. Брайони увидела перед собой старика с морщинистым лицом, который улыбнулся ей и пожал протянутую руку. Потом он поглядел на Джаггера, указал куда-то себе за спину большим пальцем и посветил туда фонарем. На полу лежало полное оснащение легкого водолаза.
— Отвернитесь, а то ослепнете, — сказал Джаггер Брайони и начал раздеваться. Оставшись в нейлоновых плавках, пристегнул на запястье компас, а на правую ногу — нож. Застегнул пояс со свинцовыми грузами, прикрепил к нему фонарь и надвинул на лоб маску. Потом нагнулся, и дядюшка Анжело надел на него акваланг. Джаггер застегнул ремни, проверил вентили и переключатель и кивнул. Дядюшка Анжело взял метлу и в темном углу размел на полу опилки. Нагнулся и поднял что-то. В полу появилось четырехугольное отверстие.
Джаггер сел на его край. Надел ласты, опустил на глаза маску, помахал на прощание рукой и нырнул.
Старик снова закрыл люк в полу и замел его опилками. Потом достал бутылку вина и два стакана.
Они с Брайони приготовились к долгому ожиданию, стараясь скоротать время.
Джаггер быстро плыл по узкому вонючему каналу до самого порта, желая поскорее добраться до чистой воды, где посветлее. Сделал большой крюк, далеко оставляя в стороне суда Шестого флота с их яркими бортовыми огнями. Он знал, что ждет таких подводных пловцов, как он, поблизости от них. Накануне вечером он осмотрел порт. Дядюшка Анжело и его сыновья показали ему большую белую яхту, одиноко стоявшую на якоре далеко от берега.
Сейчас он ненадолго всплыл и без труда нашел ее. На ней горело всего несколько бортовых огней. Джаггер снова нырнул и взял курс в сторону побережья Сорренто, как и было условлено. Рыбацкая лодка с ярким огнем на мачте ждала в оговоренном месте. Сильные руки сыновей дядюшки Анжело помогли Джаггеру подняться на борт. Со стороны порта их никто видеть не мог. Джаггер снял акваланг, ласты и маску. Оставил при себе только нож и фонарик. Когда лодка медленно проходила мимо кормы «Цирцеи», он тихо соскользнул в воду. И затаился у самого корпуса яхты.
С рыбацкой лодки ему мигнули фонарем. Это означало, что на палубе не видно никакого поста. Он осторожно поплыл вокруг судна, пока не добрался до леера, и вскоре уже стоял на пустынной палубе. Откуда-то донеслась музыка — играло радио. Луна светила ярко, приходилось перебегать от одной тени к другой. Мостик был освещен ярче всего. Весь подобравшись, он прижался к стене надстройки. Главная каюта, наоборот, была погружена в полутьму. Джаггер нащупал ручку двери. Она подалась. Он проскользнул внутрь и неслышно закрыл дверь за собой. Застыл, ожидая, когда глаза привыкнут к полумраку. Каюту освещала только луна.
У свежевыкрашенной светлой стены виднелся диванчик, покрытый мягкой кожей. На полу лежал толстый ковер. Туалетный столик с трюмо, весь заставленный пузырьками и баночками, рядом с ним — несколько мягких кресел. Бортовые иллюминаторы были закрыты двойными стеклами. Жалюзи наполовину опущены.
У задней стенки каюты стояла огромная кровать с необычайно толстым матрасом. Возвышение в головах было обтянуто белой кожей. Кровать покрывал серебристый шелк. По сторонам ее в переборках виднелись две двери, а над изголовьем висела картина — вызывающе абстрактная. В белой прохладе каюты ее красные тона горели пламенем. Что-то многовато роскоши для человека, который упакован в металл, словно консервы в банку, подумал Джаггер.
Он снял картину со стены и положил на кровать. За картиной действительно был сейф. Джаггер огляделся и осторожно открыл дверь справа Там оказалась ванная. Он закрыл ее и подошел ко второй двери. Только собрался взяться за ручку, как она медленно начала поворачиваться.
Он тут же отпрянул, как будто его ударило током. Встал так, чтобы дверь заслонила его, когда откроется. Кто-то вошел в комнату.
Это была Бархран.
Она остановилась у самой двери. Все ее облачение составлял кусок блестящей ткани, накинутый на плечи, обернутый вокруг талии и закрепленный на плече брошью. Она сразу заметила картину на кровати. Джаггер скорее почувствовал, чем увидел: ее глаза обратились к сейфу.
