– Мне очень нужно поехать в Эйкинс. И я не хочу, чтобы всякая дребедень вроде мелочной зависти преграждала мне дорогу.
Изменившись в лице, Тэйлор сделал шаг назад. Чем труднее ему было сдерживать ярость, тем тише он говорил и тем тщательнее подбирал слова.
– Я не завидую. Я, черт подери, просто бешусь оттого, что он дотрагивался до тебя. Я еще никогда не чувствовал ничего подобного ни к кому из братьев. Такое со мной в первый раз. Я пытаюсь это стряхнуть, но, что бы это ни было, Фэйлин, это не мелочь и не дребедень.
Я замялась:
– Зря ты так завелся из-за глупого поцелуя. Я повела себя с незнакомым парнем как с другом, потому что приняла его за тебя. Он заинтересовался.
Тэйлор повернул голову, и под кожей у него заходили желваки.
– Я знаю, что все вышло случайно. Но от этого мне не легче. – Он вздохнул, потирая шею. – Я… я пойду. А то с тобой я… сам не свой.
– Ладно. Спокойной ночи.
То, как спокойно я это произнесла, взволновало Тэйлора еще сильнее. Он снова приблизился:
– Я тебе это уже говорил, но ты мне нравишься.
– Брось, Тэйлор, мы же едва знакомы.
Он грустно кивнул:
– Это не оттого, что я не пытался с тобой познакомиться.
Такой поворот диалога меня ошеломил. Я старалась не испортить наши отношения, но все равно испортила. Медленно плетясь к лестнице по темному залу, я вдруг услышала негромкий низкий голос:
– Привет.
Чак сидел за барной стойкой на крайнем стуле и потягивал пиво из банки.
– Боже мой! – взвизгнула я. – Сегодня я точно останусь заикой!
– Извини.
– У тебя все в порядке?
– Да. Грузовик с продуктами задержался. Я ждал его, потом раскладывал все по местам. Ты же знаешь, как Федра любит порядок.
– Как она?
Обычно, если доставка запаздывала, моя хозяйка оставалась в кафе и помогала мужу принимать продукты.
– Неважно себя чувствует. Видимо, очень расстроилась из-за старины Дона. Сегодня в газете напечатали некролог. В понедельник похороны. Тебе надо бы сходить.
– А вы не пойдете?
– Я нет, – Чак покачал головой. – Федра хотела, чтобы с ней пошла ты.
– Да, да, – сказала я, убирая челку со лба, – схожу.
– Она о тебе слегка беспокоится.
– Обо мне?
– Да. И я, кстати, тоже. Этому парню из-за тебя так физиономию расквасили?
Я вздохнула и села на барный стул рядом с Чаком. В темном пустом зале наши голоса как будто усиливались.
– Тэйлор подрался с братом. Они близнецы. Я их перепутала, и брат меня поцеловал. Тэйлор его ударил, тот ответил, ну и завертелось.
– Представляю.
– Он отвезет меня к себе домой. В Эйкинс. Может быть.
Чак смял пустую алюминиевую банку:
– Он знает?
– Нет, – коротко ответила я, а когда Чак скорчил физиономию, прибавила: – Не хочет знать.
– Можно подумать, если б он хотел, ты бы сказала.
– Наверное, нет.
– Фэйлин…
– Знаю, знаю. Рано или поздно он все равно догадается.
– Я не о том. Если тебе действительно так нужно туда поехать, мы с Федрой хотели бы помочь.
– Нет. – Я покачала головой и встала.
– Ну, Фэйлин!
– Мы об этом уже говорили. Вы и так слишком много для меня сделали: дали мне работу и крышу над головой.
– Ты даже этого нам не хотела позволять, – сказал Чак, выгнув бровь.
– Спасибо, что предложили. Но мой план – Тэйлор.
– Он вроде бы хороший парень.
Я кивнула.
– И ты хорошая. Мне кажется, он заслуживает того, чтобы знать, во что ввязывается. Ты, наверное, и сама понимаешь. Конечно, тебе трудно: ты ведь так долго об этом не говорила. Но факт остается фактом. Если он повезет тебя в Эйкинс, ему, возможно, придется тебя поддерживать. Пусть будет к этому готов.
Я задумалась:
– Выходит, ты не о его интересах печешься, а о моих.
– Путь будет нелегкий, детка.
– Поняла тебя. Мне надо об этом подумать.
– Подумай. – Чак сжал губы.
– Спокойной ночи.
Я поплелась по лестнице. Ноги, ставшие похожими на вареные макаронины, жалобно ныли при каждом шаге. Интересно, Тэйлору сейчас так же больно? Завтра будет еще хуже: причина есть, и даже не одна.
Смена тянулась медленно и скучно. Не было даже всегдашнего гула голосов: тишину нарушали только мы сами да всего пятеро посетителей.
– Уже почти сентябрь, – Федра хмуро воззрилась на мокрый тротуар сквозь стекло, по которому бежали струйки воды.
До чего же, елки-иголки, дождливый выдался год!
Чак покачал головой. Он выполнил все заказы и вышел в зал передохнуть – в обеденные часы ему редко выдавалась такая возможность.
– Нам ведь нужны дожди, дорогая!
Вздохнув, Федра направилась в заднюю комнату:
– Пойду печь пироги. Кёрби, иди домой.
– Хорошо еще, что я на машине, – раздосадованно выдохнула Кёрби.
Она сняла фартук, взяла сумочку с ключами и пошла к выходу. Я была за барной стойкой: искала, что бы почистить.
Вдруг Кёрби меня окликнула.
– Да? – Я подняла глаза и нервно сглотнула.
Кёрби стояла возле своего рабочего места при входе. Рядом с ней был Тэйлор.
– Привет, Тей, – сказала я.
Он хохотнул. На его лице промелькнуло множество эмоций, но веселья я среди них не заметила.
– Привет, Лига Плюща.
Я заметила лямку у него на плече:
– Куда собрался с багажом?
Тэйлор подошел и опустил рюкзак на стул возле бара:
– Я тебе кое-что принес.
