– Счастлива сотрудничать с такой почтенной организацией, – сообщила она наконец. – Я слышала, что несколько десятилетий назад целая банда привидений терроризировала лондонских лавочников. Призраки грабили магазины и распевали «Боже, храни короля!» так громко, что их слышали даже живые. Так вот, некий агент Общества в одиночку преследовал их по всему Тауэру и, наконец, хитростью переселил всю шайку. Это правда? – Ее перо вопросительно застыло над бумагой, хотя Александр и представить себе не мог, как она ухитрялась писать в скачущей по ухабам карете.
– Да, правда, – ответил он. – Но, увы, похоже, что времена подобных подвигов навсегда остались в прошлом. Во всяком случае, о них не приходится мечтать сейчас, когда король лишил нас финансирования. Не знаю, как мы сможем выживать дальше, если не убедим его в своей профпригодности. И
Бранвелл приоткрыл один глаз – не так уж крепко, видно, спал – и проговорил:
– Общество обречено.
– Я читала, что король перестал выделять средства Обществу. – Мисс Бронте поднесла перо к блокноту. – И надо же – именно в то время, когда я становлюсь помощником агента. Какой ужас. Объясните, пожалуйста, почему так вышло?
Александр, естественно, не должен был ничего объяснять. Члены Общества никогда не пускаются в разъяснения. Но лицо Шарлотты светилось такой простодушной решимостью, что никто не усомнился бы в ее искреннем стремлении принести пользу ОПЗД.
Блэквуд вздохнул.
– Что ж, хорошо. Я введу вас в курс дела, но вы обязаны обещать, что это останется между нами.
– Только в блокнот запишу. – Она снова подняла перо. – Продолжайте, мистер Блэквуд – если так вас зовут на самом деле.
– Почему же меня должны звать как-то иначе?!
Шарлотта подмигнула ему.
– Шутка.
– Ладно. – Александр снова откинулся на сиденье. – В начале нынешнего года Его Величество решил пересмотреть государственный бюджет.
– Он сохранил бесплатное снабжение инвалидов горячей пищей на дому и Фонд поддержки искусств, – вставил Бранвелл. – Иначе было нельзя, ведь мы все-таки люди, не звери. К сожалению. А вот Общество…
– Общество осталось ни с чем, – подхватил Александр. – Артур Уэлсли сражался, как лев, за последние крохи с бюджетного стола. Но король Вильгельм не верит в привидений и не нуждается в наших услугах. Он лишил нас государственной поддержки, заметив при этом, что Веллингтон, если очень захочет, сможет найти независимые источники пополнения кошелька. Например, при французском дворе.
– И как отреагировали французы? – Перо мисс Бронте так и летало по страничкам.
– Отказали. Тогда мы и стали брать за свои визиты плату, хотя я по-прежнему уверен: перемещение духов должно осуществляться бесплатно и быть доступно всем, а не только богачам.
– Таким образом, выходит, – уточнила Шарлотта, – что Общество не в состоянии платить ассистентам хорошо, но хотя бы что-то им перепадает.
Интересный, однако, вывод она сделала из драматического рассказа о финансовых проблемах Общества…
– Веллингтон поклялся, что сделает все от него зависящее ради сохранения нашего Общества, – отметил Александр. – Любой ценой. Но если нам не удастся набрать новых визионеров, все усилия могут оказаться напрасными.
Шарлотта подняла лорнет и стала изучать его своим «фирменным» пристальным взглядом. Затем она черкнула еще несколько строк и захлопнула блокнот.
– Над чем вы трудитесь? – поинтересовался Блэквуд. – Все над той же историей об убийстве?
– Уже нет. – Она слегка похлопала по кожаному переплету. – Теперь я пишу о привидениях и людях, которые их ловят.
– Мне вовсе не хочется становиться персонажем романа, – заметил он.
– О, не переживайте, – лукаво улыбнулась Шарлотта. – Мой герой выше ростом.
В городе под названием Бэйквелл[12] мистер Блэквуд снял три комнаты на одну ночь. Шарлотта чувствовала, что он полон решимости с утра пораньше отправить ее обратно в школу. Она, в свою очередь, была полна решимости остаться. Так что ей оставалось и дальше – до последнего – тщательно скрывать, что Джейн находится неподалеку отсюда, в усадьбе Торнфилд-холл.
Потолкавшись в послеполуденное время по городу и поговорив с местными, Шарлотта выяснила, что владеет поместьем некто мистер Рочестер. Получив от нее это сведение, мистер Блэквуд, в свою очередь, первым делом сел за письмо к нему.
Переписка между Блэквудом и Рочестером развивалась следующим образом:
«
Ответ поступил довольно скоро:
