Но Марат даже не оглядывается. Не услышал? Не удивительно, ведь гости с удовольствием включились в игру, и пытаются перещеголять друг друга в оригинальности. Ко мне подходит тётя Люба. Посматривая на пожилого мужчину, который с энтузиазмом прокусывает шарик и довольно хохочет, будто ребёнок, замечает:
— Смотрите, как стараются! А ещё полчаса назад у меня было ощущение, что я на выставку высокого искусства попала, где каждый считает себя самым важным экспонатом. Такие чопорные, что зубы заныли! Даже посочувствовала, не думала, что тебе удастся раскачать народ. Но тот симпатичный парень всё исправил. Не побоялся себя посмешищем выставить и снизить градус важности… Есть за что сказать спасибо!
«Вот только он иначе считает», — поджимаю губы.
Но в целом она права, незабываемое шоу, которое против воли устроил Марат, действительно разрядило обстановку, и теперь гости не боятся ударить в грязь лицом и выставить себя на посмешище. Развлекаются так, что всё больше людей втягивается, и даже Дамир выбирает шарик, чтобы порадовать мою маму, а она широко улыбается.
— Починил, можно продолжать, — обращается ко мне техник.
Вряд ли кто-то из гостей после случая с Маратом отважится ступить на платформу, поэтому поднимаюсь сама. Было приложено много усилий, чтобы создать её, жаль, если не используется. Внедряю новый план, подъезжаю к маме и отчиму, разворачиваю свиток с заготовленными шутливыми поздравлениями и…
Проезжаю мимо.
Нервно оглядываюсь на техника — какого чёрта он творит?! — но за пультом вижу Марата, и сердце ухает вниз. Поражаюсь действиям чемпиона:
«Этот мстительный придурок не понимает, что испортит отцу свадьбу?»
Но я этого не позволю! Делаю вид, что так задумано, и, как только приближаюсь к молодым, быстро начинаю зачитывать частушки собственного сочинения:
Супружеская чета
Как два мартовских кота
Меньше ешьте, больше спите
И с котёнком не тяните!
Мама довольно краснеет, а Дамир серьёзно кивает, будто принимает к сведению, гости смеются, слышатся одобрительные крики, а я захожу на второй круг, с ужасом осознавая, что скорость увеличивается. Но я не сдаюсь, и тараторю быстрее:
Супружеская пара
Как желе из агар-агара
Десерт дрожащий
От обоюдной страсти!
А Марат ускоряет платформу, и, чтобы всё успеть, мне приходится говорить всё быстрее, а после и вовсе переходить на писк. Гости уже держатся за животы, а вот мне не до смеха, кажется, я вот-вот улечу вверх тормашками и испорчу торжество, но платформа останавливается.
— А теперь приглашаю всех за стол, — борясь с головокружением, громко говорю я.
По ключевой фразе ткань, образующая коридорчики, падает, и становится видно зал, украшенный белоснежными цветами. Обсуждая представление и посмеиваясь, гости идут к круглым столикам и рассаживаются, а жених с невестой безошибочно устраиваются на возвышении.
Я рада, что моя помощь никому не потребовалась. С трудом спустившись с платформы, вдруг ощущаю тошноту и бегу на кухню, и которой появляется Марат. Причём так неожиданно, что никто из нас не успевает отклониться от принудительной стыковки, и мы падаем, а я зажмуриваюсь от ужаса.
Когда открываю глаза, вижу под собой Марата, мгновенно тону в его чёрных, как ночь, глазах, но крупно вздрагиваю, осознав, что не лежу на молодом мужчине, а как бы зависла в воздухе.
Секрет фокуса оказывается прост. Марат удерживает меня на вытянутых руках. Но благодарить не спешу — обе его ладони упираются там, где находится моя самая выступающая точка. Точнее, две.
Не то, чтобы меня никогда не трогали. Из-за полноты все выступающие части тела были особенно выдающимися, и это безусловно привлекало внимание противоположного пола. В школе я была самой фигуристой… Мягко сказано! Мальчишки спорили, есть ли на мне бюстгальтер.
Именно тогда я научилась с юмором относиться ко всему, что касалось моей фигуры, когда через силу вступила в спор и… выиграла его. Одноклассники отлынивали, увиливали и что только не придумывали, лишь бы не исполнять тысячу отжиманий и приседаний, но всё сделали ещё до окончания учебного года. А в конце наш класс вышел на первое место по ГТО, и после этого я стала старостой.
И в универе тоже, потому что всегда добивалась своего, и обязанности организатора мне нравились. Н всё пошло наперекосяк, как только появился человек, который сейчас удерживает меня на руках, уставившись туда, где находятся его ладони.
— Пятый, — спокойно говорю я.
— Что? — растерянно моргает Марат.
— Это первое, что у меня спрашивают, — поясняю я и поднимаюсь на ноги. — Какой у меня размер груди. Ты же об этом думал, когда щупал?
Протягиваю ему ладонь:
— Поднимайся.
Марат игнорирует мою руку и резко встаёт, яростно отряхивается и цедит обещание срочного возобновления тренировок равновесия и устойчивости. Идёт мимо, будто я предмет мебели, и тут начинаю злиться я. Окрикиваю его:
— Эй!
Ахматгариев притормаживает и немного поворачивает голову, но до конца не оглядывается.
— Это ты мне? Если вспомнила про платформу, то… Ты первая начала!
