Мы здесь, чтобы отметить год с того дня, когда я пережила аварию. Мы сознательно решили сделать эту дату праздником, а не днем унылых «что, если» — «Что, если бы я не выиграла в „камень-ножницы-бумага“? Что, если бы не было дождя? Что, если бы я раньше подняла голову и посмотрела на дорогу? Что, если бы я не ударилась головой?» Мы здесь, чтобы радоваться той жизни, которая у нас есть, а не оплакивать ту, которую мы потеряли. Но прежде чем открыть подарок Боба, я не могу не вспомнить обе эти жизни.
Я скучаю по прежней работе в «Беркли». Скучаю по Ричарду и Джессике, по нашим замечательным консультантам, ощущению победы во вроде бы невозможном деле, подбору команд для интересных проектов, сезону набора, управлению карьерным ростом и осознанию, что я действительно ас во всем этом. Но я не скучаю по дороге на работу, командировкам, рабочим часам и стрессу, сопровождавшему ту жизнь.
Мне очень нравится моя новая работа в САИНА. Я люблю Майка и волонтерскую команду — разношерстную группу людей с самыми благородными сердцами в мире. Мне нравится график. Обычно я бываю на работе с восьми до полудня с понедельника по пятницу и чаще всего добавляю пять часов в неделю из дома, но иногда работаю только с дивана в гостиной. И я действительно ас в своем деле. Я тружусь здесь уже два месяца, и мне еще не приходилось плакать. И не думаю, что придется.
Я не скучаю по своим блузкам на пуговицах «только для химчистки» и костюмам, в САИНА строго неофициальный дресс-код. Но скучаю по высоким каблукам.
Я скучаю по прежней зарплате и ощущению гордости, силы и значимости, которое она мне приносила. Теперь я зарабатываю намного меньше. Намного. Но то, что я потеряла в долларах, я выиграла во времени. Теперь у меня есть время днем, чтобы помогать Чарли и Люси делать уроки, играть с ними на «Уи», смотреть, как Чарли режется в футбол, дремать с Линусом. Жду не дождусь, когда буду после обеда кататься на сноуборде. У меня есть время, чтобы нарисовать портрет Люси (она единственная из моих детей способна просидеть достаточно долго) или яблоки, которые мы набрали в местном саду. У меня есть время читать романы, медитировать, смотреть, как олени пересекают задний двор, каждый вечер ужинать с семьей. Меньше денег, больше времени. Пока что сделка стоила каждого цента.
Никто из нас не скучает по прежней работе Боба. Он нашел место в «Верде инк.» и работает над помощью международным клиентам в разработке экономически выгодных планов перехода на возобновляемые источники энергии. Компания молодая, энергичная, толковая, быстро растущая, увлеченная тем, что делает, и Бобу там очень нравится. Находится она в Монтпилиере, милях в пятидесяти от нашего дома в Кортленде, но все эти мили — шоссе без всяких пробок, так что дорога занимает только сорок пять минут. Столько же времени нам требовалось, чтобы добраться из Велмонта в Бостон при хорошей погоде, отсутствии аварий на дороге и матча «Ред Сокc» в городе. Все на работе понимают, что Бобу приходится рано уезжать из офиса, чтобы помочь мне и детям. Обычно он возвращается домой к четырем.
Начальная школа здесь чудесная. Классы вполовину меньше, чем в Велмонте, а учителя прекрасно работают с Чарли по специальной образовательной программе. Он с нетерпением ждет, когда начнутся зимние тренировки школьной команды по сноуборду. Люси нравится учительница, и она обожает Ханну, свою новую лучшую подружку. А Линус без малейших сложностей освоился в здешнем садике. Боб отвозит его туда по утрам перед работой, а Крис или Ким из САИНА привозят в два часа домой.
Я скучаю по Хайди. Она обещала привезти всю свою семью в Кортленд покататься на лыжах и сноуборде на недельку февральских каникул.
Я скучаю по «Старбаксу». «Би-энд-Си» по-прежнему закрыто. Ну по крайней мере у нас есть «Импресса».
Я скучаю по легким простым делам — как здорово читать, печатать, бриться, одеваться, резать бумагу ножницами, надевать наволочку на подушку, выворачивать футболки!
Я скучаю по вождению машины и независимости, которая с этим приходит. Боб отвозит меня в Маунт-Кортленд по утрам, а Майк или кто-нибудь из САИНА подбрасывает домой, но я скучаю по возможности сесть и поехать самостоятельно, не пассажиром.
Мизерный процент людей с синдромом игнорирования левой стороны восстанавливается настолько, чтобы безопасно водить машину. Однако непоколебимый в своей поддержке Боб в прошлый понедельник завернул перед работой на пустую парковку у церкви и велел мне попробовать. Мы поменялись местами, я застегнула ремень безопасности, чего бы ни за что не смогла полгода назад, перевела рычаг с «ожидания» на «ехать» и перенесла правую ногу с тормоза на газ. Мы проехали всего пару метров, и Боб заорал: «Стой!» Я в панике ударила по тормозам, но не поняла, что случилось. «Посмотри НАЛЕВО!» — сказал Боб. Сначала я ничего не заметила, но потом увидела: водительская дверь была распахнута настежь. Так что, полагаю, я еще не готова водить машину. Потом.
