Автобусные поездки прошли с огромным успехом. Мы вместе с представителями общенациональных средств массовой информации побывали в таких местах в самом сердце Америки, которые часто были обделены вниманием кандидатов. Америка увидела, как мы обращаемся к людям, которых обещали представлять в Вашингтоне, поэтому республиканцам стало труднее навешивать на нас ярлыки радикалов в культуре и политике. Кроме того, Ал, Типпер, я и Хиллари очень хорошо узнали друг друга; без долгих часов, проведенных в автобусе, это было бы невозможно.
В следующем месяце мы совершили еще четыре такие автобусные поездки. На этот раз они были более короткими, рассчитанными на один-два дня. Во время второй поездки мы поднялись вверх по течению реки Миссисипи от Сент-Луиса до Ганнибала, штат Миссури, родного города Марка Твена, затем до Давенпорта, штат Айова, через Висконсин и до Миннеаполиса, где десять тысяч человек в течение двух часов слушали Уолтера Мондейла, рассказывавшего о наших последних успехах.
Самыми памятными моментами второй автобусной поездки был митинг на автостоянке в Седар-Рапидс, штат Айова, который мы провели после встречи, посвященной проблемам биотехнологии, и посещение консервного завода компании Quaker Oats. Там собралась большая толпа, которая в целом приветствовала нас с энтузиазмом, за исключением издающей громкие крики группы наших противников. Они держали в руках плакаты, призывавшие к запрещению абортов, и освистывали меня с тыла. После выступлений я сошел со сцены и стал общаться с толпой. Меня удивило, что на руках у белой женщины, которая приколола к одежде значок с призывом дать женщинам право на выбор, был чернокожий ребенок. Когда я спросил у нее, чей это ребенок, она с улыбкой ответила: «Это моя девочка. Ее зовут Джамийя». Женщина рассказала мне, что эта крошка родилась в штате Флорида ВИЧ-инфицированной, и она удочерила ее, хотя была разведена и ей приходилось нелегко, воспитывая в одиночку двоих детей. Я никогда не забуду эту женщину, державшую на руках Джамийю и гордо заявившую: «Это моя девочка». Она тоже выступала за право на жизнь. Эта женщина принадлежала к тем людям, для которых я стремился добиться лучшей участи, воплощения американской мечты.
В конце того же месяца мы совершили однодневную поездку по долине Сан-Хоакин в Калифорнии и двухдневные поездки по Техасу, а также по тем районам штатов Огайо и Пенсильвания, где не бывали раньше, закончив наше путешествие в западном районе штата Нью-Йорк. В сентябре мы проехали через весь юг Джорджии, а в октябре совершили двухдневную поездку по Мичигану, за один удачный день посетив десять городов в штате Северная Каролина.
Наши автобусные поездки вызывали у людей в населенных пунктах, которые мы посещали, неизменный, невиданный мною ранее энтузиазм. Конечно, отчасти это объяснялось тем, что жители небольших городков, таких как Коутсвилл, штат Пенсильвания; Сентрейлия, штат Иллинойс; Прери-ду-Шин, штат Висконсин; Уолнат-Гроув, штат Калифорния; Тайлер, штат Техас; Валдоста, штат Джорджия; Илон, штат Северная Каролина, не привыкли так близко видеть кандидатов на пост президента. Однако их радушие в основном объяснялось тем, что между избирателями и участниками предвыборной кампании устанавливался тесный контакт. Такие автобусные поездки давали нам возможность применить на практике свое умение общаться с людьми из самых разных слоев общества и свидетельствовали о продвижении вперед. В 1992 году американцы проявляли беспокойство, но все еще были полны надежды. Мы говорили о том, что тревожило и пугало людей, и поддерживали их неизменный оптимизм. Мы с Алом выработали удачный ритуал. На каждой остановке он перечислял все проблемы Америки и говорил: «Все, что должно было снизиться, повысилось, а все, что должно было повыситься, снизилось». Затем он представлял меня и рассказывал людям, какие меры мы намерены принять, чтобы изменить ситуацию. Мне очень нравились эти автобусные поездки. Мы проехали через шестнадцать штатов и в тринадцати из них одержали победу на выборах, состоявшихся в ноябре.
После нашей первой автобусной поездки один из общенациональных опросов общественного мнения показал, что я опережаю президента Буша с соотношением 2:1, однако я не слишком серьезно к этому отнесся, поскольку он фактически еще не приступал к своей кампании. Она началась в последнюю неделю июля с нападок на меня. Буш сказал, что мой план ограничить увеличение расходов на оборону обойдется в миллион рабочих мест; что моя реформа здравоохранения станет государственной программой, «которой будет сочувствовать КГБ»; что я выступаю за «наибольшее увеличение налогов за всю историю»; а также что он, став президентом, задаст лучший «нравственный Тон», чем это смог бы сделать я. Его сотрудница Мэри Маталин опередила даже Дэна Куэйла в соревновании за звание «питбуля» предвыборной кампании, назвав меня «хныкающим лицемером».
