Я вернулась в мир Влада через секунду после того, как Косой наступил на колодец. Здесь время остановилось и люди, словно фигуры на шахматной доске, застыли в неподвижности. Никто сидел на траве и смотрел на небо. Он улыбался, как дитя. Огромное, жуткое чудовище, космический зверь, звездный баловень судьбы, в чьих лапах миллиарды вселенных, смотрел на голубое небо над головой и улыбался во всю свою акулью пасть. Я стояла рядом с колодцем, который теперь был открыт, а в шаге от меня Влад и Игорь держали Косого, чей рот, рука и почти вся одежда были залиты кровью, а глаза – пусты. Я отошла от зияющей пропасти, которая снова раскрыла свою пасть и, несмотря на то, что в этом мире время остановилось, там, внизу, по-прежнему перемешивалась черное нечто, переливаясь из себя в себя. Я подошла к Никто и тоже подняла взгляд вверх. Там облака клубились пухом из воды и были похожи на сладкую вату.
– Что ты там увидел? – спросила я.
Никто поднял звериную лапу и указал когтем на кусочек неба на севере. Сначала я ничего не увидела, но присмотревшись, заметила до боли знакомый излом, небольшую рефракцию, которая заставила меня испугаться – то же самое я видела, когда Никто показывал мне нулевой день. Точно так же небо «ломалось», изгибаясь гранями, ощетиниваясь углами, словно там, высоко в небе, расцвел выпуклый кусочек мозаики, прозрачного витража.
– Вы успели вовремя, – сказал он, опуская голову и глядя на меня. Его лицо было разрезано пополам зубастой улыбкой, словно сам факт этого забавлял его.
– Времени мало, – сказала я и посмотрела не него.
– Времени предостаточно, – сказал он таким меланхоличным тоном, словно вот-вот зевнет.
Он посмотрел на Влада. Словно собака, он встал на четвереньки и совершенно по звериному, но грациозно, завораживающе плавно, подошел к, застывшим в борьбе Владу, Игорю и Косому.
– И что ты в нем нашла? – задумчиво спросил он меня, разглядывая красное от натуги лицо Графа. – Он же отвратительный.
– В каком смысле? – удивленно вскинула брови я.
– В прямом. Страшненький какой-то… – он перевел взгляд на Косого и, оглядев его, сказал. – А вот этот интересный. Очень примечательный экземпляр.
– Ну, с человеческой точки зрения, он считается не особо привлекательным.
– Ну и зря. Вы, люди, так держитесь за симметрию, не понимая, что она ужасно скучна, – затем он посмотрел на Игоря и улыбнулся еще шире. – Двуликий… – протянул он, словно встретил старого друга, потом посмотрел на меня и, указывая кивком на молодого парня, сказал мне. – Ненавидит меня.
– Знаю. У него на это весьма веская причина.
– Да не особо – то и веская, если учесть, что я дал ему возможность пожить на краю мира.
– Тот еще курорт, скажу я тебе.
– И тем не менее, не всякому дано там побывать.
Он медленно повернулся и посмотрел на Ирму. Тут глаза его вцепились в женщину, которая застыла в плаче. Он долго любовался ею, а потом сказал:
– Она мне нравится, – прорычал он. – Почему она никогда не приходила ко мне, когда я был Древом?
– Потому что все, что делало ее счастливой, уже было при ней. Ей от тебя никакой пользы.
– Ошибаешься, МояЛера. У всех есть потаенные желания. Мне казалось, ты это уже поняла.
– Значит, она счастлива тем, что они так и остаются потаенными.
Никто задумчиво окинул ее взглядом:
– Немного не точно, но в целом правильно.
Он перевел взгляд на Ольгу, которая лежала на траве, а затем сказал, снова глядя на меня:
– Ты ведь знаешь, что она не сможет жить рядом со мной?
Я кивнула. Мне не стало грустно. Моя душа и так нагрустилась сполна. Потратила на это долгие два года, и теперь я ко всему относилась спокойно и принимала, как есть, любой поворот истории. Не потому, что мне стало все равно, а потому, что теперь я была совершенно уверена в том, что справлюсь. Справлюсь со всем, что попадется на моем пути, а значит, и бояться нечего. Будущее больше не пугало меня.
– Никто, нам пора.
Он посмотрел на меня – хищная улыбка расползлась от уха до уха:
– Пора – так пора, МояЛера.
Тут оно рвануло вперед в один единственный огромный прыжок покрывая расстояние между нами и, налету вытягивая вперед длинные лапы, вцепилось в меня, сбивая с ног. Я даже боли не почувствовала, просто услышала, как рвется под острыми зубами плоть и ломаются кости, разрываемые огромной когтистой лапой.
Время ожило, раскручивая свой маховик, и мир пришел в движение. Влад и Игорь чуть не провалились в колодец, зияющий пустотой, а Косой так и вовсе висел над ним, удерживаемый на весу силой двух мужчин. Ирма рыдала и кричала от ужаса. Внезапно вскрикнув, Влад потащил Косого на себя, второй рукой хватая за шкирку Игоря, глаза которого стали огромными. Даже Косой затих благоговейно, глядя на то, как хрупкое тело Леры, которая стояла от него в двух шагах, задрожало. Ирма замолчала, пряча свой рот за ладонями, которые намертво вцепились в собственное лицо.
