Моё пламя полностью

— Когда ты рассказала мне о Дарене и его компании, я поняла, что где―то уже слышала это имя, но не могла вспомнить, где именно. Эта статья помогла мне. Я сразу же вспомнила всё, что рассказывала бабушка. Генри Холлиуэлл был из простой работящей семьи. А вот Томас Бейкер с самого детства привык считать деньги. ― ощутила, как от упоминания о Его отце сердце пропустило удар. ― Они дружили. Не знаю, что свело этих двоих вместе, но найти кого―то более дружного, наверное, было невозможно. Их дети были неразлучны.

Эрин и Дарен… выдохнула, чтобы не позволить эмоциями взять над собой верх.

— Всё изменилось, когда Генри захотел открыть собственное дело. Томас оказался не готов к этому, потому что и счета, и сделки, и пиар ― всё было на его друге. И, когда тот ушел, компания начала разваливаться. Он во всем винил Холлиуэлла. Поговаривали, что пару раз Бейкер даже пьяным заваливался к нему домой ― серьезно и крепко угрожал всей его семье. Соседи вызывали полицию, но сам Генри никогда не подавал заявления. Через год «Даймонд Констракшн» почти полностью разорилась. Через неделю появилась эта статья.

Кусочки пазла, наконец, сложились в цельную картинку.

— Выходит… журналисты полагали, что тот пожар устроил Томас Бейкер?

— Думаю, они были в этом убеждены. ― ответила Кэтрин, и в её глазах появилась та же уверенность, что и в словах.

Внутри неожиданно защемило. Раньше, когда Дарен говорил о своем отце, я чувствовала, насколько сильно Он его ненавидел, но никогда не пыталась копать глубже ― искать причину. Он просто не рассказывал, а я просто не давила. Но теперь… теперь я понимала… многое понимала. Только вот сделать с этим уже ничего не могла.

— Дарен совсем не такой. ― заявление подруги заставило меня медленно поднять глаза. ― Он не похож на своего отца. И я уверена, что он никогда бы так не поступил. ― я тоже была в этом уверена. И, несмотря ни на что верила в то, что он со всем справится. Что сможет побороть своё прошлое. ― Я просто хотела, чтобы ты знала.

Прошептав извинения, Кэтрин вышла из кабинета и осторожно прикрыла за собой дверь. Наверное, понимала, что сейчас мне захочется побыть наедине с собой.

Но правильно ли это было?

Я мгновенно ощутила сумасшедшее желание набрать Его номер, сказать, что я обо всем знаю… ― хотя, возможно, это была лишь часть большой истории… ― утешить, подарить свою поддержку; прижать к себе и ощутить биение родного сердца.

Достав мобильный, дрожащими и похолодевшими пальцами пролистала список контактов до самого конца и остановилась на безымянной строчке «xxx». Что―то до сих пор мешало удалить Его номер. Словно я боялась, что это сломает меня окончательно.

Это были долгие три месяца. Невероятно тяжелые три месяца. Но я выкарабкалась. Выбралась. И разве после всего, через что мне пришлось пройти, я имела право взять и разрушить всё за секунду? Это Он оставил меня. Это был лишь Его выбор. А теперь, вероятно, пришло время и мне сделать свой.

Нажав на «удалить», встретилась с сопротивлением. Очередное испытание или злой рок? «Вы уверены, что хотите удалить этот контакт?» ― внутри всё мгновенно перевернулось, дыхание перехватило, но непослушными пальцами, я выбрала «да», и когда всё было сделано, резко бросила мобильный на стол и, закрыв глаза, прижала ладони к округлившемуся животу.

Я всегда буду помнить Его. Как бы не пыталась убеждать себя в обратном, он является и будет являться неотъемлемой частью моей жизни. Потому что я ношу под сердцем Его ребенка. Малыша, о котором Он ничего не знает. Но… стоит ли это менять?

По щеке скатилась слеза, продравшая холодом до самых костей. Я тут же смахнула её, не позволив перерасти во что―то большее и стать очередной болезненной слабостью.

Я ещё не готова что―то менять.

Я не такая смелая.

И сегодня я каюсь за это перед Богом…

…сегодня я прошу Его дать мне сил.

Чай принесли почти двадцать минут назад, а я до сих пор водила пальцем по ободку чашки, так и не сделав ни одного глотка. Пыталась не думать о словах Кэтрин. Правда, пыталась. Но с силой воли в последнее время у нас были практически неразрешимые противоречия.

Статья никак не выходила из головы. Одна лишь мысль о том, через что пришлось пройти маленькому беззащитному мальчику ― а теперь уже и повзрослевшему умеющему постоять за себя мужчине ― заставляло сердце болезненно сжиматься.

Многолетняя борьба со своими внутренними демонами, со своим прошлым, со своей болью. Цельная картинка, в которую всё понемногу складывалось, помогала мне во многом Его оправдывать.