Еще где-то час я нежилась в воде и успокаивала разыгравшиеся эмоции. Потом все же взяла себя в руки и вышла в спальню. Кайла не было ни здесь, ни в гостиной. Я зашла в гардеробную и принялась выбирать платье к ужину. Вкус моего отца я оценила: каждый наряд я разглядывала словно произведение величайшего искусства. Надев черное кружевное белье и выбрав красное платье из плотного атласа, облачилась в него и приблизилась к напольному зеркалу. Лямочек на платье не было, вместо них от лифа отходили цепочки с прозрачными сверкающими камнями. Они красиво обрамляли плечи и заходили за спину, там они также были пришиты к платью. С такой красотой не было нужды в колье, лишь серьги бы не помешали — но у меня их было лишь две пары и обе не подходили: с лиловыми камнями от Эриаль и синими сапфирами от Кайла. Выудив с полки черные туфельки на высоком каблуке, я обулась и прошла к туалетному столику. Воспользовавшись стихией, я высушила волосы, закручивая их в кудри. Заколов шпильками в хаотичном беспорядке их на макушке, я сзади вытянула из прически несколько локонов, оставляя их едва касаться спины. Я подкрасила глаза черным карандашом, и осталась вполне довольна своим внешним видом — я действительно была похожа на герцогиню. Подмигнув своему отражению, я отправилась растапливать сердце супруга.
Спустившись на первый этаж, я последовала на звук голосов и вскоре вышла в некую гостиную. Здесь были все: и Найрис, и Кармал, и Аргус, и Кайл. Синхронно мужчины обернулись на стук моих каблучков и замолчали. Я даже не успела понять реакцию супруга на свой внешний вид: как он быстро отвернулся. Найрис это заметил и покачал головой. А вот отец и брат смотрели на меня с каким-то изумлением, широко распахнув глаза.
— Что? — не поняла я их реакции.
Как вдруг за спиной раздался грохот и звон разбитой посуды. Я обернулась: на меня с ужасом смотрели две молодые служанки, уронившие подносы. На шум почти прибежал Брик и, увидев беспорядок, проследил за взглядом девушек, а уже через секунду и он вытаращил глаза в мою сторону.
— Да что происходит?! — рыкнула я и прислуга словно очнулась, принимаясь за уборку, а я перевела взгляд на родственников. — Объясните мне!
— Пойдем, — подошел ко мне Кармал и протянул руку.
Я положила свои пальчики на его ладонь, и он повел меня к лестнице. Оказавшись на втором этаже, отце утянул меня вправо, а через несколько десятков шагов толкнул дверь, и мы переступили порог богато обставленного кабинета. Ничего не говоря, родитель кивнул в сторону. Я проследила за его взглядом и затаила дыхание.
Над камином висела картина, и если бы я не ощущала: что держу за руку Кармала, то подумала бы: что это зеркало. С портрета на меня смотрела моя точная копия: в таком же платье и с такой же прической. Приглядевшись получше, я разглядела разницу: на женщине было колье вместо цепочек-лямок и ее талия была утянута не плотным атласом — а корсетом.
— Катрина Ос-Райвиель — моя мать, — сказал родитель. — Именно она внесла в наш род стихию воздуха.
— Удивительно. Я думала: у меня глаза моей биологической матери, а оказывается — бабушки.
— Это было первым: о чем я подумал, когда увидел тебя рядом с принцессой на помолвке. Весь вечер я не мог отвести от тебя глаз, прикидывая вашу похожесть.
— Да, я помню — ты здорово меня этим напугал, — хмыкнула я.
— А теперь ты испугала наших слуг, — засмеялся Кармал.
— Переживут, — весело хихикнула я.
— Это будет интересно… — загадочно улыбался отец.
— Что именно?
— Наблюдать за Бриком. В этом доме он появился совсем юнцом. Катрина подобрала с улицы воришку-сироту, и он служил ей с безграничной любовью и преданностью.
— У меня от него мурашки, — передернуло меня.
— Он сильно сдал и озлобился после ее смерти. А теперь перед ним ее перевоплощение… Это будет интересно.
— Перевоплощение? Ты в это веришь?
— Ты заставила меня в это поверить, — я удивленно уставилась на отца. — Помнишь: после королевской помолвки мы с его величествами обсуждали текущие дела, — я кивнула. — Так вот, именно из-за твоей манеры разговора и подачи информации я понял: что ты — моя дочь. Асмодея, я же помню свою собственную мать и могу сказать: что вы словно две капли воды.
— Это хорошо или плохо?
— Она была самостоятельной, властной, не признавала слабости и ради достижения своих целей не страшилась идти по головам. Сама скажи мне: это хорошо или плохо? — прищурился отец.
— Хорошо, но я не такая. К сожалению, твоя дочь слаба…
— Ошибаешься. Найрис рассказал мне вкратце о твоей жизни. Без поддержки семьи и близких ты сделала себя сильной, умной, самостоятельной женщиной. Любого подкосила бы смерть любимого — это не слабость, — увлек меня на диван Кармал, и мы присели. — Твой напарник сказал: ты оплакивала потерю дракона полгода. Ты так его любила?
— Я не могу сейчас проанализировать глубину своих чувств к Михаэлю. Теперь мне все кажется по-другому…
— Из-за зелья Найриса?