Сложно найти нормальную воду на этажах больницы, что немного удивляет. Дейв бродил в поисках негазированного напитка, чтобы чем-то подпитать себя. Кушать ему не хочется, уж больно тяжело и долго его организм отходит от событий этой ночи. Даже удары сердца до сих пор отдаются легким давлением в висках. Но внешне он сияет, хоть и не подает вида. Ему легче? Намного, но подобное состояние лишь на какое-то время поможет забыть о проблемах.
Парень выходит на этаж, оглядываясь по сторонам, и немного мнется, сощурившись, когда видит в другом конце коридора Дилана, который открывает дверь лестничной клетки. Хочет позвать друга, но затыкается, просто поспешив за ним.
Темно. Этой лестницей явно не так часто пользуются, может, персонал по ночам. Эхо его шагов разносится далеко вниз, вызывает приятное чувство уединения, поэтому О’Брайен не осматривается, когда подходит к двери с прозрачным стеклом, что ведет на балкон. Дергает за ручку. Заперто. Не проблема.
Парень обеими руками сжимает рукоятку, крепко, и дергает на себя. Треск. Но пока не помогло. Еще попытка. Жестче. Грубее. И, наконец, дверь открывается с громким металлическим ревом. И мороз врывается свистом на лестничную клетку, несется вниз, ударяясь о голые стены. Дилан выходит на грязный балкон, вынув из кармана зажигалку и сверток с травкой. Опять? Снова. Закуривает. Опираясь локтями на бетонный серый бортик. Смотрит вниз. Шумная улица прямо под ногами. Высота не вызывает никаких болей в животе, только легкое головокружение. Белый дым струится в серое небо, а за ним улетают и испаряются все волнующие О’Брайена мысли.
Шаги за спиной. Краем глаза видит Дейва, поэтому не поворачивает головы. Фардж встает сбоку, так же положив руки на бортик:
— Отвратительная погода, — улыбается, щурясь, чтобы бледный свет приносил меньше боли глазам.
— Но настроение у тебя нормальное, — Дилан протягивает другу косяк, но тот морщится, отказываясь, поэтому парень вновь сует его в рот. Дейв мнется, немного покрутив головой в разные стороны:
— Так, что произошло? — Начинает, зная, что разговор должен состояться сейчас, пока Дилан курит травку, ибо потом, в здравом уме, он не станет открываться. Хотя даже сейчас О’Брайен выглядит не особо расслабленным. Парень держит косяк у рта, иногда опуская на него хмурый взгляд, после чего выдыхает дым из ноздрей, немного сжато процедив:
— Идиот я.
— Отлично, дальше? — Парень усмехается, наклонив голову. — Что ты сделал?
О’Брайен морщится, сощурившись, и быстро облизывает губы, вновь затянув дыма в рот перед ответом:
— Ну… Я поцеловал ее.
— И это все? — Дейв выдыхает, ладонью скользнув по лицу. Дилан поднимает брови, взглянув на друга с хмурым непониманием:
— Не понял?
Фардж улыбается, повернув голову:
— Ты так говорил, будто сделал что-то, что вышло бы за грань моего и твоего понимания.
Дилан пускает смешок:
— А что ты хотел услышать?
— Ну, — Фардж, поворачивается спиной к бортику, с притворной задумчивостью продолжая. — Например, переспал или что-то в этом роде.
О’Брайен тут же давится дымом, начав кашлять, закрывая рот запястьем:
— Для этого мне нужно жутко набраться, — морщится, правда, на секунду останавливает мысли, хорошо ощутив, как внизу живота начинает приятно тянуть, будто что-то мягкое скользит по коже живота, вызывая мурашки, но отбрасывает это чувство, рукой проводя по волосам, внезапно прекратив усмехаться:
— Погоди, — переводит взгляд на друга, который все так же довольно улыбается, кивнув головой, чем заставляет О’Брайена приоткрыть рот:
— Черт, ты ебанулся? — Парень не знает, какое чувство внутри него преобладает сильнее: злость из-за того, что его друг сам делает себе хуже, или… Зависть. Дилан не станет разбираться в этом ощущении. Точно не сейчас и не завтра. Оно пройдет. Мгновенно.
— Не хочу даже обсуждать это, — О’Брайен вздыхает, вновь уставившись перед собой. — Идиот.
Дейв поднимает брови, немного отводя взгляд:
— Плевать.
— Это пока, Дейв, — О’Брайен не упускает момента напомнить о проблеме, которая может и обязательно коснется их. Теперь уж точно.
— Если мы будем осторожны, то…
— То ни черта, Дейв, — Дилан поворачивает голову, встретившись взглядом с другом, выражение лица которого стало не менее серьезным. Фардж прикусывает губу, хмуро и немного раздраженно заявляя:
— Хватит уже с меня, Дил. Я хочу попробовать. Побыть немного нормальным.
— Что за слюнявое дерьмо? — Дилан грубит, туша косяк о костяшки руки.
— Плевать, — Фардж устало качает головой. — Мне надоело бегать. Хочу ненадолго остановиться, — Дейв искоса смотрит на О’Брайена, тише добавляя, будто страшась реакции. — Тебе самому наверняка хочется.
Глупо и наивно. Фардж надеется, что «зима» обойдет их стороной, он верит во что-то лучшее, возможно, это и станет его ошибкой — его проблемой в будущем. Но пока он чувствует в себе силы быть нормальным. И ему нравится это ощущение. Эти спокойные, ровные дни, полные обыденных вещей. Вот она — реальность нормальных людей, в которой не нужно убегать, в которой нет необходимости скрываться и избегать подавления. Мир без серьезных проблем.
