Довольная ухмылка. Она не исчезает с лица мужчины, который сидит за столом над своими записями. Все готово. Они скоро могут начинать войну, остался последний этап — подготовка его гончих. Остальные уже прошли программу. Теперь очередь самых доверенных лиц окружения Главного. И один из них должен пройти особую программу, ведь мужчина был уверен в его предательстве и слабости, но черт не подвел. Главный не ошибался на его счет. Его спокойный взгляд поднимается на парня, которому с удовольствием сообщает:
— Твоя программа начнется прямо сейчас, — стучит сигаретой по столу. — Отправляйся в камеру.
Сжимает зубы.
Он совершенно не готов.
Последующие дни, недели его не будет. А если программа пройдет успешно, то Дилана О’Брайена не станет вообще.
***
Я отвыкла следить за временем, но эти пять дней, что провожу в ожидании, отмечаю, вырывая на календаре числа. Никаких звонков от Лили, никаких знаков от Дейва и Дилана. Ничего. Не выхожу из дома. Разговариваю только с матерью. Иногда с отцом, но тот только и делает, что кричит на меня, ругается, ведь не может связаться с мамой, а злость надо на кого-то вылить. Страшно представить, что будет, когда он вернется домой.
С каждым прошедшим днем, меня все больше мутит тошнота. Я чувствую растущий голод, но не желаю кушать. Мне хочется пить, но лень нет сил вставать с кровати, двигаться, существовать. Целыми днями лежу в обнимку с телефоном, ожидая, что кто-нибудь наберет мне, но этого не происходит. Мои попытки дозвониться самой провальны. Ночь. Утро. Ночь. Утро. Я уже не понимаю, какой именно у меня режим. Просыпаюсь — на дворе темно. Засыпаю — светло. Тяжело ориентироваться без телефона и времени.
Да и сном мои попытки углубиться в себя назвать можно с трудом. На четвертый день уже еле соображаю. Когда звонит мать, минуты три ищу нужную кнопку для ответа. Наливаю воду мимо стакана. Включаю душ вместо крана. Горячую вместо холодной. Брожу по дому, словно под наркотой. Ноги вялые. Из рук все падает. Зрачки глаз двигаются медленно. Постоянные тени, бродящие по потолку и стенам. Тишина настолько въедается в мозг, что любой тихий звук вызывает панику.
Кажется, я немного не в себе.
Ночь. Вновь. Сегодня пятый день. Я не вставала с кровати. Постоянно проваливаюсь в нездоровый сон от голода. Не проверяю телефон. Уверена, что никаких новостей. За окном чернота. Мои глаза привыкли к темноте, поэтому спокойно существую в ней, ориентируясь без затруднений. Лежу. Опять позволяю морозу сжать тело. Тишина. Она… Полна безумия. Эта чертова… Тишина.
Кажется, я теряю сознание от голода. Это ненормально и опасно… Наверное. В глазах ещё темнее, чем в комнате.
Уже начинаю поддаваться слабости, как в уши врезается грохот. Он такой резкий, что холод быстро настигает кровеносных сосудов, остужая их. Взором режу мрак. Голова кружится от истощения, но заставляю себя приподняться на руках. Прислушиваюсь. Показалось? Галлюцинации? В это можно поверить, учитывая мое состояние…
Звон стекла.
Вздрагиваю, каким-то образом нахожу силы, чтобы встать с кровати. Звук такой, словно кто-то швырнул что-то в окно. Черт. Моргаю, от паники теряясь в темноте. Вынимаю из кармана ножик, сжав его пальцами, и медленно выхожу из комнаты, продолжая вслушиваться. Ничего не слышу, но… Мне нужно проверить, чтобы успокоиться. С дрожью шагаю к лестнице, еле сдерживая тяжелое дыхание, чтобы не выдать себя. Опускаю одну ногу на ступеньку, слушая скрип. Вторую. Стою на месте, прижав к груди ножик. Еще два шага вниз. Никого. Ничего. Тишина. В ушах скачет давление. Только не теряй сознание. Держись. Возможно, меня уже конкретно глючит.
Замираю на середине лестницы, когда слышу шаги. Сердце притормаживает, прекращая гонять кровь по венам. Вижу человека. Его голова скрыта под капюшоном, в руках бита. И я наивно полагаю, что это мог бы быть Дилан, но нет. Я знаю, его походку, знаю движение рук, а это…
Моргаю, внезапно выдохнув. Слишком громко, ведь руки расслабленно опускаются вдоль тела. Парень оборачивается, с явной агрессией, готовясь атаковать. И я вижу, как его страх быстро сменяется удивлением и непониманием.
Дейв.
Черт.
Фардж, кажется, не может принять менее эмоциональное выражение лица, отчего продолжает смотреть на меня широко распахнутыми глазами. Я же в ответ встречаю злостью и обидой. Молчу. А Дейв начинает моргать, еле выговаривая:
