Добираюсь до шкафчика, распахнув дверцу. Начинаю опустошать рюкзак, чтобы сунуть внутрь кроссовки и мятую форму, что висят на крючках в пакете. Всё буквально валится из рук, поэтому ругаюсь под нос, давя ногой учебник химии, наклоняюсь, подняв его, и не отряхиваю, бросив на полку. Оборачиваюсь, без страха взглянув на Дилана, который, по обычаю, стоит у шкафчика, пока Дейв ищет что-то в своем. ОʼБрайен видит. Он знает, что я смотрю на него. Уже не такой смелый, да? Парень накидывает капюшон на голову, бросив взгляд в мою сторону, и я принимаю зрительный удар, но Дилан отворачивается, когда к ним подходит компания парней из нашего класса. Очередные терки. Среди них тот самый, которому ОʼБрайен сломал нос на уроке химии, когда… Когда он приставал ко мне. Отворачиваюсь, опустив голову, прислушиваюсь к шуму позади, кажется, они все идут в сторону дверей, что ведут в старый корпус. Надеюсь, до драки не дойдет, иначе меня опять вызовут, как старосту.
Второй звонок. С ним все быстренько расходятся по кабинетам. Вздыхаю, начиная запихивать форму для физкультуры в рюкзак, и не вздрагиваю, краем глаза видя, как ко мне приближается знакомая фигура. Причард нагло осматривает меня, прислонившись плечом к шкафчику рядом, и улыбается, наблюдая за моими неосторожными движениями:
— Я искал тебя, Мэй.
— Поздравляю, нашел, — кажется, парень слегка в смятении, ведь я отвечаю ему, укладывая учебники ровно на полке. Хмуро смотрю на свои трясущиеся руки, и ругаю себя за проявление слабости перед человеком, увидеть боль которого мне охота сильнее всего.
— Ты вчера повела себя неправильно, — напоминает, а мне остается лишь закатить глаза, что и делаю, чем вызываю злость у Причарда. Он неприятно усмехается, оглянувшись, чтобы убедиться, что мы одни, и наклоняется вперед, шепча:
— Ты зря ведешь себя так, Харпер. Ты и понятия не имеешь, что я могу сделать с тем материалом, что уже имеется у меня.
— Что ты хочешь от меня? — задаю вопрос в лоб, повернув голову. Смотрю в глаза парню, не сутуля плечи. Держу голову прямо, не даю себе прогибаться под давлением. Мой вопрос вызывает улыбку у собеседника, который сжимает губы, слишком искренне признавшись:
— Мне скучно, Мэй, — я знала. Знала, что этому психу просто нужно кого-то ломать для удовольствия. Он ничем не лучше ОʼБрайена. Наверняка несколько месяцев он провел не на курсах в другой стране, а проходил лечение в какой-нибудь психушке для «золотых мальчиков». Ублюдок. Кто вообще знает, что происходит в семье Пенрисс? Что, если они, как и моя семья, только внешне строят из себя пример для идеала? Это похоже на правду.
— Увидимся сегодня у тебя? — Причард касается пальцами вьющихся локонов моих волос, медленно оттягивая, чем приносит боль, но я не пищу. Усмехаюсь краем бледных губ, поддавшись вперед, что явно сбивает парня с толку. Смотрю в глаза. Прямо в эти чертовы зрачки, не моргаю, с угрозой прошептав:
— Хочешь войны? — мой голос дрожит от злости. — Будет тебе война, мудак.
Мои слова заставляют его шире улыбнуться. Парень так же поддается вперед, так что мы чуть было не касаемся друг друга носами, и отвечает таким же тоном:
— Мне это нравится, — не лжет. Он больной. Выпрямляюсь, дернув головой, чтобы парень отпустил мои локоны, и громко хлопаю дверцей шкафчика, обходя Причарда. Иду вперед, к дверям лестничной клетки. Не оглядываюсь, гордо держа голову, сохраняю осанку, шагаю уверенно, чувствуя, как парень продолжает смотреть на меня.
Толкаю двери, выходя на лестницу, и торможу у её подножия, переводя дух. Ладони сжимаю в кулаки, сверля взглядом пространство перед собой, кусаю губу, впитываю как губка всю ту злость, которая окончательно сведет меня с ума. От неё трясутся руки, дрожат мускулы лица. Нервы на пределе. Мне нужно успокоительное. Вздыхаю, роясь в карманах кофты, и начинаю медленно шагать вверх по лестнице, щупая баночку с лекарством. Я справляюсь с этим. Одна. Я сильная. Меня не сломает какой-то ублюдок, привыкший, что всё сходит ему с рук. Я буду его занозой в заднице. Присосусь как пиявка, и не оставлю в покое до тех пор, пока он сам не пожалеет, что решил сделать это со мной, что начал свою игру.
Причарду удается ломать меня.
Но вряд ли он знает, что я могу ответить.
Пихаю две капсулы в рот, проглатывая без воды, и с блаженством поднимаю голову, прикрыв веки. Пальцами одной руки касаюсь перил, чтобы не упасть, стою на месте, ожидая, когда подействует лекарство. Мне правда стоит остыть. Я трачу слишком много своей энергии на злость, ненависть. Грубо говоря, отдаю всю себя другим людям, которые сосут мои силы, как вампиры. Так не должно быть. Все вокруг меня — никто. Ублюдки, до которых мне нет дела. В моей жизни важна только я сама. Никто больше. Если мир агрессивен к тебе, то наноси удар первым. И плевать, что ждет тебя дальше.
Живи для себя.
