— Послушайте, вы ходите сюда не первый месяц и каждый раз задаете один и тот же вопрос.
— И каждый раз вы мне ничего не отвечаете.
— Да откуда же я знаю, чудак вы человек? Вы поймите, я никогда не был в коме и не могу об этом судить.
— Тогда вы позволите, я господину Воскобойникову почитаю? Если он все-таки меня слышит, Власу Ефимовичу будет небезынтересно узнать.
— Делайте что хотите, — меняя иголку на шприце и перемещаясь к соседней кровати, устало проговорил Ригель.
Переложив аккуратно сложенную одежду Власа со стула в ноги соседней кровати, на которой лежала плотная широкоскулая девушка, Пиголович придвинул стул к изголовью, основательно уселся, извлек из портфеля пачку бумаг и сообщил, обращаясь к Воскобойникову:
— Это, дорогой мой Влас Ефимович, полученные мною от одного хорошего приятеля из столичного архива сведения на нашего с вами знакомца мага Тадеуша. Начинал наш маг, гастролируя по Германии и Австрии с сеансами месмеризма и гипнотизма. Далее в его активе числится соблазнение баронессы фон Зейдлиц, близкой родственницы Вильгельма Второго.
Архивариус захихикал, интимно понизив голос:
— Дама обратилась к Ченскому за лечением гипнозом, но в процессе месмерических сеансов как-то так получилось, что Ченский женился на баронессе, хотя и был уже женат. Родственники обманутой баронессы подали на двоеженца в суд, и Ченский был приговорен к трем годам заключения в тюрьме Маобит, а также к «потере чести» на пять лет. Как он вам говорил? «Для меня это дело чести!» Хе-хе. А чести-то уже и не было! Потерял-с.
Старик поерзал на стуле и продолжил читать:
