Рассматривая русскую политику в сношениях с Крымом, Н. М. Карамзин писал, что Иван Грозный действовал, «изменяя нашей государственности и пользе». Вслед за ним, и большинство историков и публицистов, включая современных, также недооценивают внешнеполитического курса Ивана Грозного. Выше мы попытались доказать необоснованность таких негативных оценок. Н. М. Карамзин в качестве примера подобной изменнической политики рассматривал тесные отношения русского правительства с крымским посланником купцом Яном Магмедом, а также его сыном, бывшим в Москве в качестве «почетного гостя» и позже принявшего православие. В источниках сын Магмеда упоминается как «князь Федор» [33.109.363]. Для объяснения этого факта следует иметь в виду, что Ян Магмет скорее наоборот, был проводником русских интересов в Крыму. Так известно, что он снабжал русских представителей в Крыму (в частности, С. Клавшова) ценными сведениями. Он отговаривал хана от притязаний на Казань. Иван Грозный удовлетворил просьбу хана. В феврале 1572 г. отпустил сына Яна Магмета и, по-видимому, сумел расположить к себе Яна Магмета и добиться от него некоторой доброжелательности.
Не было ли это одной из причин недовольства Девлет-Гирея результатами миссии Яна Магмета? Когда тот вернулся в Крым, хан был недоволен им и сказал, что он ходил на Русь не для ханского дела, а в своих торговых интересах, «а подлинного государева и вел. кн. хотенья не проведал» [26].
Между тем Девлет-Гирей отверг предложения русского правительства. А миссию Ивана Мясного, приехавшего вместе с Яной Магметом в Крым (направлен в феврале, выехал из Путивля 27 марта), Девлет-Гирей выслушал, но ответа не дал, а самого гонца задержал [26].
Впоследствии, уже после самой битвы в грамоте Ивану Грозному 23 августа 1572 года Девлет-Гирей объяснял причины своих неудач отказом Руси государства поступиться Астраханью и Казанью. Непосредственной целью нападения Девлет-Гирей объявлял стремление лично встретиться с Иваном IV с тем, чтобы«переговорити»и получить«прямой ответ».
Стрелец. Зарисовка из альбома Пальмквиста
<p>Глава 3</p><p>«Сеча была великая». Молодинская битва 1572 года</p><p>«На наши украины идет». Войска Девлет-Гирея на подступах к Москве</p>В конце июля – начале августа 1572 г. развернулись крупные сражения русских войск с полчищами Девлет-Гирея, напавшими на русские земли. Ход этих боев восстанавливается на основании разрядных книг, летописных заметок, известий современников, дипломатических и других материалов.
Современная реконструкция одежды и оружия воинов XVI в. Фото 2002 г.
23 июня [21.310] 1572 года Девлет-Гирей вышел из Крыма с большим войском и вероломно вторгся в пределы Русского государства. В составе крымско-татарского войска «дети ево, а с ними крымские и ногайские многие люди» [21.310]. 17 июля Иван Грозный писал из Новгорода в Старицу о том, что воеводы «с берега» сообщили ему о том, что хан «на наши украины идет». Следовательно, о продвижении татар к русским землям сами воеводы узнали самое позднее в конце июня – начале июля. Ворвавшись на русские «украины» [3.179], татары обрушились на Тулу, сожгли ее посады и 26–27 июля вышли по Серпуховской (Крымской) дороге – кратчайшему пути из Крыма в Москву – к Оке [21.310]. Здесь крымцы встретили заранее подготовленные и занятые русскими войсками сильные оборонительные сооружения. Противник вел наступление на одном из тех направлений, которые предвидело русское командование. Однако большая протяженность обороны «берегового войска» чрезвычайно затрудняла организацию взаимодействия полков.
<p>«Реку перешед не в одном, месте». Бои у Серпухова</p>На разных участках развернулись бои за переправы через Оку. Крымцы утверждали, что расчеты русских на оборонительные сооружения «на берегу» не оправдались:
– «и мы тот двор (укрепления – А.Д.) ни во что покинув, да перелезли» (Девлет-Гирей);
– «что на Оке оставлено рати твоей и стрельцов ни во что поставив, Оку перелезли» (Магмет-Гирей) [26].
Однако в действительности борьба на Оке проходила очень напряженно. Татары не смогли с ходу преодолеть укрепления. Они прилагали немалые силы для их разрушения:
– «плетени изподкопали»;
– «плетени ис подкопов выняли» [21.311].
