Для Энн слова не подберешь. Пол думает об этом с утра. Наверное, все дело в том, что он таких девушек никогда не видел. Никто не внушал ему такие мысли. Потому он и не может подобрать слова. До сих пор ему казалось, что все женщины делятся на две категории: подружки, против которых бунтуешь, – все эти Бриджит Джонс с закидонами, которые только и мечтают поймать тебя, окольцевать и толстеть себе дальше с комфортом, – и девчонки, которых подцепляешь, бунтуя против подружек. Секс и с теми, и с другими Пола не прельщает. Как-то не тянет его спать с Бриджит. Они вечно требуют тушить свет, плачутся, жалуются на целлюлит и ублюдков, которые их использовали, – сплошь банальности и штампы. А другие девчонки, у которых и имени-то нет, заморачиваются на том же, но самооценка у них еще ниже, чем у Бриджит, – а у тех она ниже плинтуса. Безымянные партнерши трахаются с кем попало, травятся наркотиками и сводят себя в могилу, а потом наконец выискивают мужчину, религию или книжонку из серии «Помоги себе сам», превращаются в Бриджит, выходят замуж и начинают жиреть.
Теоретически у Пола нет проблем с сексом, просто он не хочет совать пенис куда попало. Фальшиво это: стоны, позы. Ну и зачем? Уж точно не удовольствия ради. Им больно и обидно, но не уверенным в себе мазохисткам того и надо.
Энн отрывается от книги.
Пол улыбается. Энн улыбается в ответ.
– Что? – спрашивает он.
– Что? – повторяет она. И снова утыкается в книгу.
Пол знает, что где-то на свете есть и другие женщины, но лично он таких не встречал. Его бесит, что ему отчего-то попадаются одни половые тряпки. Зачем любить человека, который ненавидит свое тело? Какой смысл? К чему поверять интимные воспоминания человеку, который от тебя далек и прикрывается щитом из крашеных волос, накладных ногтей и дикого макияжа, заляпывающего подушку? Зачем делиться впечатлениями с людьми, которых эти самые впечатления раздражают? С какой стати ласкать существо, которое потом непременно расхнычется, захочет замуж или вывалит на тебя все свои обиды? Пол считает, что всем этим женщинам секс причиняет одну боль – у них потом вечно сплошь боль и страдания.
Поэтому он к сексу и не стремится. У него не будет детей и «партнерши». Пусть этой ерундой занимаются другие, а он обойдется. За всю жизнь он был влюблен всего однажды – в Аэрис[50], героиню видеоигры. Теперь она в Реке Жизни. У Пола другие интересы: дадаизм, число 23 (Энн двадцать три года – он слышал, как она говорила Эмили), игры, сети и коммуникации, животные, окружающая среда. Но любовь его не интересует; откровенно говоря, Пол считает ее не особо актуальной.
Размышляя, он возится с резистором и крошечной лампочкой индикатора, мастерит миниатюрную цепь. Энн поднимает голову. Улыбается ему. На этот раз чуть дольше не отводит взгляда.
– Пол... – начинает она. Входит Эмили.
– Чем это вы тут занимаетесь? – спрашивает она.
– Прикол, – говорит Энн. – Джейми спросил то же самое, хотя видел, что я читаю, а Пол строит самолет, на котором мы отсюда улетим.
Пол улыбается Энн.
– Успокойся, – говорит Эмили. – Я же не говорю, что у вас тут секс.
Энн розовеет. Полу становится жарко.
– А что это вы оба покраснели? – ехидничает Эмили. – Извращенцы.
– Умолкни, – требует Пол.
– Кофе? – Эмили возится с чайником.
– Давай, – соглашается Пол.
– Фу! – кривится Энн. – Я лучше молочный коктейль.
– А где Брин? – спрашивает Эмили.
– Не знаю, – говорит Энн. – Наверное, еще в саду.
– Джейми и Тия ушли... – начинает Пол. В этот момент кухонная техника с гудением оживает, загорается лампочка.
– ...разбираться с электричеством, – договаривает Энн.
– Класс, – говорит Эмили и заканчивает кипятить чайник на электрической плите.
– Спасибо, – говорит Пол, увидев перед собой кружку с кофе.
Эмили задумчиво садится. Все молчат. Открывается дверь, входит Брин с охапкой поленьев.
– Сачкуем? Ну-ну, – говорит он, отдуваясь и обливаясь потом.
– Что? – переспрашивает Пол.
– Надо ему помочь, – говорит Эмили. – Я схожу. Она встает и поспешно выходит из кухни через заднюю дверь. Пошатываясь, Брин тащит поленья в гостиную. Пол и Энн не двигаются.
– Что? – спрашивает Пол: Энн странно смотрит.
– Что? – повторяет она. Ну вот опять.
– За дровами не пойдешь? – спрашивает Пол.
– Нет.
– Почему?
– Физическим трудом не занимаюсь, – говорит она.
– А чем занимаешься? – интересуется Пол.
– Ничем.
Видимо, сообразив, что ее заставят помогать, если увидят на кухне, Энн скрывается наверху.
Пол приносит яблоки.
Мало-помалу день заканчивается, оранжевое сияние электричества в доме становится особенно уютным.
– Отлично. Будет яблочный пирог.
Эмили очень по-домашнему смотрится на кухне.
– Яблочный пирог, – повторяет Пол. – Вкуснятина.
– Если хочешь, можешь помочь, – с улыбкой предлагает Эмили.
– Спасибо, я лучше просто посмотрю.
– Дело твое. А где остальные? Пол пожимает плечами:
– Кажется, Джейми и Брин разводят огонь в камине.
За окнами уже темно.
– Все в доме? – уточняет Эмили.
– Наверное, – отвечает Пол. – Энн наверху. Чем занята Тия, не знаю.
– А ты чем занят? – спрашивает Эмили.
– Наблюдаю за тобой.
