– И это тоже. Я хочу предложить вам безопасное пристанище. Вам и членам ваших организаций. Все эмигранты получают новые идентификационные документы, новую родину и новую жизнь. О вашей прошлой жизни не будет никому известно.
– Где гарантии, что все, что вы обещаете, будет исполнено? – спросил Зарт Нимо.
– То, что я здесь – это уже гарантия. Поверьте, я очень рискую, встречаясь с вами.
Уго Свенсон подкурил ароматизированную сигарету и пустил несколько колец. Ответ текронта на вопрос Зарта Нимо его полностью удовлетворил, как удовлетворил и остальных. Однако Свенсон чуть ли не единственный просчитал ситуацию и опасался, что граф-текронт имеет интерес тривиально использовать его и других в своих целях, а возможно даже имеет грандиозные, если не радикальные планы.
– Это, конечно, красивая идея, господин граф, – заявил Свенсон. – Ваше предложение очень заманчиво, но это не значит, что оно мне нравится. Покинув наши миры, мы сможем жить, как подобает свободному человеку. Но, бросая наши дома, мы тем самым, предаем наши народы, нашу борьбу, наши идеалы. Боюсь, что здесь мы не найдем взаимопонимания.
Кивнув генералу, Кагер дал ему команду продолжить переговоры. Шкумат демонстративно раскрыл папку с пластиковыми листами документов.
– Попытаюсь ответить на ваше замечание, господин Свенсон, – начал он, – но сначала я хочу выяснить, какие еще возражения имеются к предложению графа Кагера?
Немного подумав, все революционеры высказались, что в остальном идею они одобряют.
– Так, стало быть, все прочее приемлемо. Господин Свенсон, мы не предлагаем поставить крест на вашей борьбе. Напротив, мы бы хотели, чтобы она продолжалась. Мы предлагаем тайную перевозку засветившихся членов ваших организаций, которых, по моим данным, более чем достаточно. Не могут же они вечно скрываться, каждую минуту рискуя быть схваченными. Это и еще разъяснение вашим согражданам нашей миграционной политики, мы и хотим вам предложить. Мы также согласны принять ваших наблюдателей, которые увидят, что в опетском секторе не существует рабов и граждан высших и низших классов. Десятки миллионов нишитов мирно соседствуют с другими народами и поддерживают все проводимые в секторе изменения.
Шкумат вынул из папки документы.
– Вот некоторые социологические данные со сравнительным анализом опетского сектора и других регионов.
Генерал передал листы для изучения.
– Хочу подтвердить вышесказанное генералом Шкуматом и графом Кагером, – это сказал Вадим Антропов из Владивостока III. – Несколько лет назад, после проведения реформы, организации, которую я представляю, не за что стало бороться. Рабы получили свободу, владивостокцы стали пользоваться теми же правами, что и нишиты. Их стали брать даже в полицию. Моя организация легализовалась и превратилась в партию. Конечно, все не могло пройти гладко, были и недовольные нишиты, но они покинули систему и даже церберы из безопасности поохладили свой пыл.
– Хорошо, господа, будем считать, вы достаточно убедили меня, но все же я бы хотел получить ответ на еще один вопрос, – сказал Свенсон.
– Говорите, – ответил Кагер.
Свенсон потушил о пепельницу окурок, его голос звучал ровно и уверенно, но Кагеру показалось, что этот гигант волнуется.
– Думаю, выражу общее мнение, если спрошу, в чем же выгода заполучить поставленных вне закона в империи лиц для вас, господин граф? В чистый альтруизм я никогда не поверю. И не боитесь ли вы ухудшения социальной и криминогенной обстановки в вашем секторе?
– У нас есть прямой интерес в людях вроде вас, господин Свенсон. И никаких ухудшений мы не боимся. Как вам видно из лежащих перед вами документов, уровень преступности практически равен нулю, а социальная обстановка вполне стабильна. Даже некоторое криминогенное ухудшение в секторе ни коим образом не скажется на общей картине. А интерес наш вот в чем. Опетские реформы раздражающе действуют на многих текронтов и эфоров. Не доволен и император. Мой отец создал опасный прецедент, аристократия империи боится потерять свои источники прибыли, свои привилегии. Но по Закону Нишитуран, они ничего не могут сделать. В своих владениях хозяин только я. В последнее время особую силу набирают антиреформаторские настроения. Хотя я имею много друзей и сторонников в Текрусии, моих врагов абсолютное большинство. Эфоры и текронты не желают и думать об отмене рабства – основы их экономики. Из достоверных источников мне известно, что применение силы лишь вопрос времени. И в свете складывающихся событий, я намерен в будущем провозгласить независимое опетское государство. Поэтому, мы рады всем, кто ненавидит империю.
Сказать, что последние слова Кагера произвели сильное впечатление – значит ничего не сказать. Несколько минут господствовала напряженная тишина. Первым вышел из раздумий Шутц – представитель Красного Дракона.
– Не слишком ли вы уверены в своих силах, господин граф? – спросил он. – Извините, но тут попахивает авантюризмом.
– Империя обладает огромной боевой мощью, не раз проверенной в галактических войнах, – поддержал его Опплер из системы Ашта.