Если грузовладелец работаете крупной компанией, по уставу занимающейся «организацией перевозок», то может рассчитывать впоследствии на возврат НДС. А одиночка занимается просто «грузоперевозками» и при работе с ним НДС не возвращается. Кто и когда пролоббировал соответствующий закон, уже не важно: независимый дальнобойщик давно привык, что с каждого заказа должен отдать 30–50 % стоимости заказа посредникам, чтобы вовсе не остаться без работы.
В 2013 г. Минтранс обрадовал печенегов всех мастей новым приказом: в двухнедельный срок оборудовать почти весь грузовой автопарк страны и междугородные автобусы новыми тахографами (на сленге – «шайбами»). Тахограф призван контролировать скорость движения, пробег автомобиля, периоды труда и отдыха экипажа. По правилам, дальнобойщик обязан останавливаться на отдых через каждые 3–4 часа, а за две недели не должен находиться в движении дольше 90 часов. Это общемировая практика, но больше ни в одной стране тахограф не требуют снабдить системой криптографической защиты информации (СКЗИ), лицензию на которую выдают в ФСБ, модулем ГЛОНАСС и прочими излишествами. Также во многих странах грузовики массой свыше 12 тонн платят за проезд по магистралям. Но система взимания платы «Платон», запущенная в 2016 г., является повторной уплатой дорожного налога. Политолог Мария Снеговая назвала целью «Платона» «создать дополнительные источники ренты для потенциально ненадежных элит и тем укрепить их лояльность»[8]. А отсутствующие тахографы стали кормушкой для одного из служилых сословий – ГИБДД.
Но люди помнят: «Умирай, но хлеб сей». Под Калугой я познакомился с фермером Андреем Давыдовым, который доказал, что можно с выгодой заниматься мясным животноводством в Нечерноземье без наемных работников. Шутка ли сказать: у человека 400 голов скота и 800 га земли в собственности. А справляются со всем этим хозяйством Давыдов с женой да дочка с зятем.
Оказалось, что скот герефордской породы, из которого получается лучшая мраморная говядина, прекрасно чувствует себя в России. А проверяющие структуры хоть и доставляют хлопоты, но далеко не всегда хотят разорить крепкого хозяина. Наоборот, чиновники возят к нему из Калуги иностранных гостей: вот, мол, на что способен русский мужик. Но у меня не случилось интервью с Давыдовым в интерьере фермерского дома, как я предполагал. Разговаривать пришлось на ходу, потому что работы за гланды: сначала на квадроциклах перегоняли скот на водопой, потом развозили на тракторе корма.
Вообще-то название их компании «ДИК» расшифровывается как «Давыдов и команда». В иные годы «команда» насчитывала десяток работников, с которыми фермер надеялся свернуть горы. Давыдов вспоминает: «Я платил ребятам неплохие деньги, намного больше иных агрохолдингов. Я даже понимаю, когда пьющему человеку надо несколько дней побухать. Понятно, что не найти в деревнях тракториста-трезвенника, а обучать кого-то с нуля нет времени. Но ты хоть заранее предупреди! А то в разгар страды исчез молча. И телевизор наш прихватил. Или классовая обида начинает человека душить: мол, работаем на равных, а доход у нас разный. Значит, не буду больше работать. Поэтому я решил принять новый вызов: попробуем с зятем и женщинами хозяйство потянуть. У второй дочки трое детей подрастают – вся надежда на них».
Внуки Давыдова живут в Калуге, потому что из Барановки их ни в сад, ни в школу не отдать. И школьный автобус сюда не ходит, хотя от трассы всего 3 км, а от Калуги – 30. Однако фермер говорит, что именно внукам купил три добротных импортных трактора. И скорее всего неспроста.
В Советской армии Андрей Давыдов дослужился до капитана. Особо не скрывает, что в 1992 г. помог знакомым с перевозкой вагона болгарского коньяка – и заработал свою зарплату за пять лет. У офицера открылись глаза: вышел в отставку, начал торговать всем подряд – от книг до спичек. Когда сколотил первый капитал, купил Барановку – совхозное урочище, из которого почти полвека назад переселили людей, где ни проехать, ни пройти. Пробовал заниматься зерном и картофелем, но горел по деньгам синим пламенем и даже подумывал эмигрировать. Но тут подвернулись программы обмена для фермеров: вначале российско-канадского делового совета, а потом комиссии Гора – Черномырдина. Давыдов ездил в Северную Америку, месяцами жил и работал на фермах, присматривался. Прежде всего ошалел от организации, например, картофелеводства: механизированы мойка, поливка, сортировка, температурный режим. Красиво, но страшно дорого. А вот скотоводство для средней полосы России – в самый раз. Нужно лишь заложить приличные пастбища, наладить порционное стравливание, купить электропастух и скот.
По возвращении Давыдов начал переводить зерновые поля в пастбища с сенокосом, завез первое стадо из 11 герефордов. У скота этой породы толще шерсть, подшерсток, жировая прослойка – его и зимой можно держать на свободном выпасе. По мнению Давыдова, говядина от российского молочного скота – вовсе не говядина.
