В перестройку в Пестово начало накрываться градообразующее предприятие – опытно-механический завод. Когда у предприятия пошли первые метастазы, молодой юрист Олег Стерхов ушел в дикое поле бизнеса: организовал сбор и продажу клюквы на местных болотах, вместе с соседями собирал ее собственными руками. На прибыль купил машину и ларек, потом открыл магазин, потом 15 магазинов по всей округе. Спирт «Ройял» на полке и «Греческая смоковница» в видеосалоне – здесь невозможно было сколотить стартовый капитал на чем-то еще. Но куда его потом вкладывать? Ни единого перспективного направления на сотни километров вокруг.
При Брежневе пестовский завод производил бытовки и блок-контейнеры на весь соцлагерь, даже на Кубу и Вьетнам. Некоторые модели включали в себя вентиляторы и холодильники, но вчерашние ларечники упростили технологию до минимума. И отправили ходоков с предложениями по стройкам Москвы. Казалось бы, их ждет жесточайшая конкуренция на этом рынке. Но спустя несколько лет оказалось, что каждая вторая бытовка на стройках обеих столиц – из Пестово. Стерхов вспоминает: «Тогда так сложилось, что еще мэр Лужков начал активно раздавать землю в Подмосковье с условием, что там должно что-то стоять. А бытовка – она самая дешевая. Ее легко привезти, поставить».
Производитель из Подмосковья с такой же ценой бытовок оставил бы пестовчан без штанов. Но конкурентным преимуществом Стерхова со товарищи стало именно неудобное положение. В отличие от Маркелова из Петрозаводска им не приходилось 90 % усилий тратить на оборону: давать взятки, содержать юристов. Новгородским печенегам поначалу и в голову не приходило, что в такой дыре есть чем поживиться, а туда-обратно по 600 км гонять – лень. Хотя были бы нормальные дороги – может, и не случилось бы в Пестово «экономического чуда». А так любой школьник знал: нужны деньги на велосипед – иди после уроков колотить бытовки. Здесь до сих пор почти нет краж – нет смысла, всегда можно хорошо заработать, не имея ни образования, ни резюме. Из 16 тыс. жителей около тысячи открыли собственные предприятия.
Олег Стерхов рассказывает: «У меня простые рабочие за лето зарабатывали на приличную иномарку. Некоторые уже через год открывали свою фирму. Рынок оказался бездонным, мы стали друг другу не конкурентами, а союзниками. Например, кому-то заказали из Москвы сделать 200 бытовок за месяц. Ему одному такой заказ не поднять, а отказываться глупо. К концу девяностых начали активно строить в Питере, у всех появились сайты в Интернете, и к нам пошли заказы со всей страны. Хотя доставка блок-контейнера на Север стоит раза в 2–3 дороже, чем он сам».
Почему в Рыбинске блок-контейнер стоил 100 тыс. рублей, а в Пестово – почти вдвое дешевле? Сами пестовчане объясняют: у нас репутация, объемы, с каждой бытовки имеем всего-то 2–5 тыс. рублей. Плюс все эти годы вкладывались в оборудование, поэтому себестоимость деревообработки низкая, а ассортимент товаров теперь уже широкий. Падает спрос на бытовки, растет на дачные дома, бани, профнастил, металлочерепицу, модульные здания любой сложности и этажности. Сегодня сборные дома дают больше строительных вагончиков. Да и работать принято от зари до зари.
В итоге в Пестово зафиксирована аномальная для глубинки демографическая стабильность: чуть более 15 тыс. жителей насчитывалось и в 1970-е, и в 1990-е, и сейчас. Пока правительственные экономисты ломают голову, как предотвратить отток населения из провинции в города, любой восьмиклассник скажет вам проверенный рецепт: зачем нам куда-то уезжать, если твердо знаешь, что хорошо оплачиваемая несложная работа была, есть и будет. А от власти нужно всего-то не мешать.
Когда я приехал в Пестово первый раз, бизнес жаловался, что их городок стали преподносить в СМИ как лубочную «деревню миллионеров». Никто не видел главной системной причины процветания, а искали признаки особой одаренности русского человека, которая почему-то именно здесь пробилась наружу. Дошло до того, что заговорили об особом «пестовском характере», который сформировали окрестные клюквенные болота: якобы при дефиците пахотной земли здесь выживали только настоящие труженики.
Известность уже тогда вышла Пестово боком: участились набеги печенегов, а областные власти совсем перестали помогать – дескать, у вас там все богатые, сами и скиньтесь на новые дороги. Хотя почему частники должны скидываться на дороги в районе площадью 2 тыс. кв. километров – за гранью понимания. Кто кому платит налоги?!
Недовольство стали проявлять и простые жители, поскольку из-за нехватки рабочих рук в Пестово появились гастарбайтеры из Средней Азии, участились конфликты. Почему, говорят, не нанимаете местных?
А местных нет: безработными числятся около 40 человек, в основном пожилые женщины, ни одного мужика. И разве плохо, что у тебя в районе есть работа?
