У конфликта имелась предыстория. Врач Шевченко одновременно являлся и православным священником: учился богословию в академии архиепископа Ташкентского и Среднеазиатского Владимира (Икима), рукополагался у митрополита Украинской православной церкви Владимира (Сабодана). Последний конкурировал за патриарший престол с Кириллом, а первый был переведен им «с понижением» епископом Омским сразу после победы. Открывая храм при медико-хирургическом центре имени Пирогова в Измайлово, Шевченко не пошел за благословением в РПЦ. И в глазах многих наблюдателей судебное преследование Шевченко выглядело как расправа над политическим противником, пусть и несоизмеримо меньшего калибра.
Православным конкурентам РПЦ досталось от государства не впервые. В 2008–2010 гг. Росимущество отобрало у православной общины в Суздале полтора десятка храмов, а в 2015 г. изъяло по суду мощи преподобных Евфимия и Евфросинии Суздальских! Хозяйство принадлежало Русской православной автономной церкви (РПАЦ) во главе с владыкой Валентином, которого Московская патриархия запретила в священнослужении, а его организацию предпочитала называть «Суздальский раскол». В 2012 г. начальник управления Росимущества по Владимирской области Владимир Горланов написал в Арбитражный суд, что мощи «являются собственностью Российской Федерации и относятся к культурным объектам». По заявлению одного из священников РПЦ в полицию простой участковый добился вскрытия рак с мощами, поднятия пелен. Логика служителей закона проста: мощи передавались православной общине, которая теперь не может существовать, раз у нее изъяты храмы. Памятуя о том, что православная вера крепла как раз в катакомбах, более сотни суздалян подписались под открытым письмом: «Невозможно описать всей лжи, клеветы, оскорблений и случаев попрания наших самых элементарных прав! Мы никому не желаем зла, не претендуем ни на чью собственность – мы хотим тихо и мирно молиться в соответствии с нашими убеждениями и канонами нашей веры. Нас преследуют именно органы государственной власти и чиновники за то, что мы принадлежим не к «той Церкви», которую они, вопреки закону и здравому смыслу, считают «государственной»[15].
Но все это цветочки по сравнению с ущербом, нанесенным репутации церкви так называемой «реституцией объектов религиозного назначения». В 2010 г. президент Дмитрий Медведев подписал Федеральный закон № 327, за который почти единогласно проголосовала Госдума, включая коммунистов. Его окончательная редакция позволяла церкви отбирать по суду больницы, музеи, театры или просто жилые дома, построенные в советскую эпоху на месте этих самых «объектов». Митрополиту достаточно показать пальцем на любое здание, где до революции жил священник или останавливались паломники, и, если за 6 лет недвижимость не отдали добровольно, идти в суд. И вовсе не обязательно, чтобы передаваемое религиозным организациям имущество было исторически или культурно связано с этими организациями. В Калининградской области РПЦ получила все местные костелы, кирхи и замки, хотя до Второй мировой войны здесь жили сплошь лютеране. При чем здесь замки, спросите вы? Так ведь Тевтонский орден был религиозной организацией, а значит, все его имущество «религиозного назначения».
В Нижнем Новгороде из Дома офицеров выгнали десятки детских кружков. Оказывается, до 1917 г. при здании помещалась маленькая домовая церковь. Потом духовное возрождение перекинулось на консерваторию, где когда-то располагалась резиденция архиерея. Двухэтажное здание после войны надстраивали всем миром, возвели новый четырехэтажный корпус, установили крупнейший в Поволжье орган. В Подмосковье Крестовоздвиженскому женскому монастырю стало тесновато – отсудили площади соседнего реабилитационного центра для детей-инвалидов, где в царские времена останавливались паломники. Похожая история в Боголюбово, где во имя добра и веры потребовали стационар районной больницы. И в селе Скопино на Рязанщине, где попросили на выход детский интернат.
На Дону епархия претендовала на Музей донского казачества в станице Старочеркасской. И совершенно не постеснялась обидеть насквозь православных казачков. Атаманский дворец и дом атамана Ефремова суд отдать отказался, но местный музей-заповедник все равно лишился 3,6 тыс «квадратов». Например, церкви отошел дом-крепость торговых казаков Жученковых, которые к тому же были старообрядцами. После этого можно даже не рассказывать, чем подкрепляются претензии РПЦ на развалины античного города Херсонес в Крыму.
