По словам Ирины Шемет, векторы развития личности, которые закладываются спортом и христианством, противоположны. Это активность или пассивность, вызов или смирение, доминирование или подчинение, бесстрашие или страх, возвышение или унижение духа. Неслучайно в борцовских дисциплинах православных из состава сборной России вытеснили мусульмане, поскольку в исламе акцента на смирении не прослеживается[19]. Что остается делать державному орлу? Начать по-тихому рекодировку спортсменов, чтобы превратить слабых в сильных. А очереди к мощам приберечь для телевизора.
В этом смысле ситуация в экономике не слишком отличается от положения в спорте. С высоких трибун не устают повторять, что в стране нехватка квалифицированных работников. А Всемирный банк видит в тройке главных российских проблем (наряду с коррупцией и высокими налогами) дефицит людей с развитым критическим мышлением. Но ведь квалифицированный – это способный самостоятельно, без чьих-то указаний решать возникающие проблемы. Но у школьного и семейного воспитания совсем другие тренды.
По данным опроса «Левада-центра», каждый седьмой россиянин 35–44 лет живет с родителями. Большинство, конечно, не от хорошей жизни. Но, даже если бы нашлись деньги на собственное жилье, с родителями все равно бы остались 17 % россиян. Хотя в 2003 г. таковых было лишь 13 %. Доля тех, кто при наличии средств однозначно съехал бы, за 14 лет сократилась с 68 % до 47 %[20]. Еще круче результаты прошлогоднего опроса аналитического центра НАФИ: каждый шестой россиянин никогда не жил отдельно от родителей. Среди 25-34-летних так и не съехали от предков 23 % – почти четверть россиян в расцвете лет[21].
Кого-то успокоит, что похожая ситуация наблюдается и в странах Европы, и в США. В Испании с родителями живут 67 % молодых людей от 18 до 29 лет, в Италии – 60 %. Даже в мегасамостоятельных Штатах 10 лет назад в отчем доме обретались 27,6 % американцев в возрасте от 18 до 34 лет, а сегодня уже 31 %. Экономике это обходится недешево: в США рынок не досчитался более 2 млн новых домохозяйств. Это значит, что застройщики плохо продают свои квадратные метры, сокращают персонал, меньше платят налогов. В магазинах застряли 2 млн холодильников, стиральных машин, пылесосов. Еще хуже пришлось бы экономике, если предки не спонсировали бы своих отпрысков: в Великобритании, например, 450 тыс. взрослых прибегают к помощи родителей, чтобы оплатить аренду жилья. Родителям расходы на переезды и съем гнезд обходятся, на минуточку, в миллиард фунтов каждый год.
Но причины инфантилизма взрослых отличаются: на Западе его провоцирует поддержка государства, а в России – ее отсутствие. Например, в Швеции или Норвегии государство по максимуму помогает молодым субсидиями на высшее образование или жилье. Чтобы иметь побольше времени на досуг, ребята работают на половину или даже 30 % ставки, и жить с родителями им выгодно. Россиянин живет с родителями, как правило, от безысходности: ни работы, ни денег, ни пособий, ни льгот. Уехать покорять столицы? Но российское образование не старается вырастить самостоятельного человека, знающего свои права и принимающего решения. Наши приоритеты, как известно, патриотизм, послушание, прилежание, авторитет старших, скрепы. В той же Норвегии дети с 11 лет выбирают предметы, которые намерены изучать по школьной программе, а в России – только два предмета из четырех, по которым сдаешь государственные экзамены в 15 и 17 лет. Наш старшеклассник вынужден часами после уроков зубрить полтора десятка предметов, большая часть которых не вызывает интереса. Много ли сил останется на реальное саморазвитие?
Но ведь одеть детей в форму и заставить ходить строем пытались и в советские времена. Почему же в 1989 г. многопоколенных хозяйств в России насчитывалось 20 %, а в 2010 г. – 32,5 %[22]? Ведь рост почти в полтора раза не может быть случайным! Казалось бы, все должно быть наоборот: рухнула советская система занятости, и провинциальная молодежь уезжать от родителей просто вынуждена – работы-то дома нет никакой! При Союзе в почете были те, кто в 18 лет ушел на фронт, а после распада СССР – те, кто самостоятельно «добился успеха», то есть разбогател. Так почему?
Оказывается, когда экономика в стагнации, доходы населения падают, а социальные лифты сломались, в людях возрастает не столько рациональное движение к цели, сколько ожидание всевозможных чудес. Например, в кризисном 2016 г. продажи лотерейных билетов одной только «Почты России» вдруг выросли сразу на 46 % – почти до 40 млн штук. Специалисты отмечают, что русское ожидание чуда может иметь мало общего с религией: к примеру, наибольшей прирост подпольной игромании отмечен в безбожные советские времена. Вряд ли ключевой вклад внесли русские сказки, кишащие скатертями-самобранками и коврами-самолетами, поскольку в них же встречаешь четкий завет: «На Бога надейся, а сам не плошай». Так или иначе, недостаток критического мышления способен влиять на состояние экономики – например, на банковский процент по вкладам.
