— В таком случае, — Я развел руками, — мне остается только удивляться, почему вы не заинтересовались всем этим раньше. Не думаю, что его сиятельство Николай Платонович каким-то образом получил от государя дозволение расширить родовые владения.
— Нет, конечно же, — поморщился Орлов. — Но неужели вы думаете, что его величество волнуют такие мелочи, как три избы за рекой? Формально Тайга принадлежит короне, однако предки князей Пограничья строили там что-то на протяжении столетий. Если мне не изменяет память, ваш покойный отец и сам поставил заимку где-то на севере.
— Но он никогда не пытался нарушить государев закон.
— К чему вы клоните? — осторожно спросил Орлов.
— А разве еще не ясно? — Я поднялся со стола. — Не так давно вы сами говорили мне о контрабанде, а сегодня Платон Николаевич требует, чтобы я освободил его гридня, однако не спешит делиться подробностями. Полагаю, вам не составит особого труда сопоставить факты, Павел Валентинович.
— У вас есть доказательства?
Орлов изо всех сил пытался изображать то ли недовольство, то ли безразличие, однако скрыть свое любопытство все же не сумел. Тут же подался вперед, будто готовясь вскочить с дивана, и даже внешне теперь почему-то напоминал гончего пса, взявшего след. Когда его Дар встрепенулся, оживая под маской невозмутимости, я мысленно поздравил себя.
Столичный сыскарь заглотил наживку — и теперь мне оставалось подтянуть его, куда следует.
— Кое-что у меня есть. И я даже готов показать — особенно если вы хотя бы попытаетесь воздержаться от ненужных вопросов. — Я взял со стола коробочку с жив-камнями. — Зубовская дружина упокоила за Невой около двух дюжин автоматонов. А здесь… Впрочем, посмотрите сами.
Орлов вопросительно посмотрел на меня, но потом все же протянул руку и с явной опаской приподнял крышку. В его глазах отразилось мягкое сияние кристаллов, и я увидел, как зрачки расширились от удивления.
Интересно, его сиятельству приходилось видеть столько жив-камней в одном месте? Вряд ли — обычно такие сокровища не лежат без дела.
— Четыре штуке, — на всякий случай уточнил я. — И двадцать три автоматона, которых прикончили за Невой, разобрали на части и вывезли из глуши в форт. А сколько камней прошли через Таежный приказ за последние полгода? Полагаю, число вам известно.
Орлов в очередной раз посмотрел на меня исподлобья и нахмурился. Будто почему-то вдруг засомневался, стоит ли делиться со мной секретами Тайной канцелярии и вообще продолжать разговор.
Но потом все-таки ответил.
— Всего одиннадцать, — тихо проговорил он. — Включая те два, которые сдали вы.
— Вот вам и ответ, Павел Валентинович. — Я вернул коробочку обратно на стол. — Думаю, его величеству захочется узнать, куда подевались остальные. Не было ли среди них тех, что всплыли в уездах и княжествах на юге.
— Это… это очень серьезное дело, Игорь Валентинович.
Орлов понизил голос и заозирался по сторонам. Мы были в кабинете вдвоем, однако он почему-то все равно опасался, что кто-нибудь может подслушать. Впрочем, неудивительно: такая тайна стоила куда больше сияющих безделушек в картонной коробке. Я мог только предполагать, что именно сейчас творилось в голове у его сиятельства, но он наверняка уже успел подумать о перспективах, которые сулит рядовому сыскарю раскрытие дела о контрабанде.
Чин, орден. А может и титул посолиднее нынешнего — если государь посчитает Орлова достойным такой награды. Не говоря уже о славе и тех возможностях, что она предложит тому, кто сумеет подвести под суд сразу несколько княжеских родов.
— Дело за малым, друг мой, — тихо проговорил я. — Помогите мне — и виновные будут наказаны.
— Не бегите впереди паровоза, Игорь Данилович. — Орлов в очередной раз покосился в сторону двери. — Лично я не имею оснований вам не доверять, однако Тайной канцелярии, и уж тем более его величеству императору понадобится нечто большее, чем ваши слова и четыре блестящих камешка.
— Вас интересуют доказательства? — усмехнулся. — Их у меня пока нет. Зато у нас есть свидетели. Вольники, которых мы взяли у гостинцы. И еще гридни — их…
— Их уже отпустили. — Орлов мрачно вздохнул. — Позавчера вечером. Вам наверняка известно, что у Зубовых отличные адвокаты.
На мгновение я вдруг почувствовал острое желание заехать кулаком по столу. А еще лучше — по наглой крысиной морде чиновника, который поспешил избавить зубовскую шушеру от незапланированного отдыха в Орешке.
— А чего вы, собственно, ожидали, Игорь Данилович? — Орлов покачал головой. — Заявились в Глухой конец, подожгли пару домов… Никакой закон не запрещает дружинникам пьянствовать со всяким отребьем.
— А сами они наверняка не спешили рассказывать, что их подослали найти желающих заработать на грязном дельце. — Я не без усилия заставил себя выдохнуть и усесться за стол. — Увы… А что насчет вольников? Они попались на горячем. И к тому же еще и сопротивлялись аресту.
— Пока их обвиняют только в попытке ограбления. — Орлов развел руками. — А дела такого уровня, как вы понимаете, Тайную канцелярию не заинтересуют. Так что я очень надеюсь, что у вас…
