Бьёрн покачал головой, Глам рассмеялся.
На Эйнаре была одна из тех оленьих рубашек, которые сшила для него зеленоглазая Гунн.
Халльдор Павлин, перед тем как взойти на корабль, расчесал волосы, обрезал и вычистил ногти, нарумянил щеки и подкрасил глаза.
Поднимаясь на борт, Эйнар сказал:
– Сегодня утром на моем копье выступила кровь.
– А я думал, мы на прогулку отправились, – пошутил Логи. Но никто из воинов даже не улыбнулся.
Торир Кеннинг начал читать вису:
Эйнар его прервал и велел замолчать.
– Тут нет ни одного длинного кеннинга, – возразил Торир.
А Эйнар в ответ:
– Нечего читать чужие висы. Молчи. Так ты лучше собственными глазами увидишь, что происходит, и воспоешь наши подвиги.
Отчалив, Большой Волк вышел из Систа-реки и сразу исчез в тумане.
Следом за ним в нем будто растворились пять сойм с ловачами и две лойвы с волхами.
С берега туман уже сполз, и было хорошо видно, как готовятся к бою дружинники Ингвара и люди Хельги.
Наскоро подкрепившись, воины с Большого Змея стали осматривать и приводить в порядок оружие. Свипдагр точил секиру по имени Ведьма Брани. Тормод делал новое древко к копью Жало Фафнира. Торир-руг – в команде Хельги тоже был один Торир – прилаживал рукоять к мечу Жернорез, а Харальд Бычий Шип точил своего Змея Раны. Торгаут Высоконогий приделывал ручку к одному из своих щитов по имени Черепица Вальгаллы. Это был белый щит с железным ободом, и на нем красной краской был нарисован дракон.
Торгаут вдруг говорит Горму:
– Смотри! По реке быстро плывет какая-то коряга. Против течения! И ветра вроде бы нет.
Горм и не посмотрел в ту сторону, куда указывал Торгаут. Горм калил на огне дубину по прозвищу Безобразница. У него было с дюжину дубин, но больше других Горм любил вот эту и две другие: Болтушку и Хохотушку.
Мёрд Длинный следил за тем, какими камнями загружают Змея, и отбрасывал те, которые ему не нравились.
Болли Малыш разглядывал свои луки. К нему подошел Ингемунд Звездочет и протянул еще один лук, сказав, что этот лук посылает в подарок Ингвар Сокол. Лук был великолепной работы и очень дорогой. На нем были начертаны руны.
– А что тут написано? – поинтересовался Болли.
– Тебе я прочту. Но больше никому не рассказывай, потому что лук может утратить свою чудесную меткость, – сказал Ингемунд и прочел:
Болли Малыш благодарит за подарок Ингвара и Ингемунда.
– А какое имя у этого чудесного лука? – спрашивает Болли.
– У него много имен. Но ты должен дать ему новое, – говорит Ингемунд.
– Ну это легко сделать, – отвечает Болли. – Раз Ингвар мне его подарил, пусть он отныне зовется Знающий Наперед.
– Не годится называть лук именем хёвдинга, – говорит Ингемунд.
– Ну тогда пусть будет Всевидящий, – говорит Болли Малыш.
– Это имя, пожалуй, подходит, – говорит Ингемунд Звездочет.
На этом их беседа закончилась.
Ингемунд вернулся к тому месту, где стоял Большой Сокол. В это время на берегу сакс Хадугато из людей Ингвара и Вестейн со Змея отбирали для своих кораблей лучников из ополченцев. Хадугато взял пятерых из ильмерей, а Вестейн – четверых из ладогов.
Тут прибегает с залива Кале Лис и сообщает, что у западного мыса появились корабли росов.
Ингвар посылает Вестейна за Хельги, людям велит садиться на корабль, а сам идет к заливу; с ним – Арни Гаут и два охранника: Ауктай и Годук.
Хельги и Кари Детолюб их догоняют на полдороге. И вместе они выходят на берег и видят: туман уже отступил от берегового мыса слева и скалистого острова справа. Но в центре залива он еще клубится и там сверкает множеством ярких огней. Это сверкали щиты по бортам и обитые металлом форштевни. Трудно было в точности определить, что за судна выстроились с запада на восток параллельно берегу. Но видно было, что корабли разные и что их девять числом.
Стоявшие на берегу не сводили с них глаз. А Ингвар задрал голову и смотрел в небо. Там, меняя свои очертания, клубилось белое облако.
– Как странно дрожит воздух, – заметил Хельги. – Такое бывает только в сильную жару.
– У нас на Готланде говорят, что это Локи резвится, – сказал Арни Гаут.
– Да. Но сейчас середина осени и, вроде бы, не жарко, – сказал Хельги.
Ингвар же продолжал разглядывать небо.
Перед отплытием Ингвар Знающий Наперед обратился к своим людям и сказал:
