И вовсе не по душе пришелся Хельги тот разговор, который у них состоялся. Эйнар предлагал Хельги отправиться на Ладогаватн – тогда он называл его Йеттеватн – и добывать там меха, отнимая у местных жителей. А потом стал расписывать красоты славских женщин и их высокую стоимость на рынке в Эйсюсле.
Чем дальше и настойчивее предлагал Эйнар, тем вежливее отказывался Хельги от его предложений и видел, что лицо его собеседника все сильнее бледнеет, а глаза желтеют.
Когда Эйнар ушел, Хельги сказал своим друзьям, которые при разговоре присутствовали:
– Какой волчара к нам забрел!
– Гери, – сказал Кари.
– Скорее, Фреки, – возразил Вестейн.
Они назвали имена волков Одина,
– Я вижу, хёвдинг, он тебе не приглянулся, – сказал Атли Толстый. – Но он человек уважаемый. И о тебе говорил с большим уважением. И предложение у него с разных сторон дельное.
– Прими я это дельное его предложение, я бы скоро сам себя перестал уважать. – Так ответил Хельги и широко улыбнулся.
Но через несколько дней Ингвар пригласил Хельги в свою землянку. Там этот Эйнар сидит. А Ингвар не только предлагает принять его предложение, но говорит, что всем им надо стать побратимами.
Хельги пробовал отказаться. Но Ингвар заглянул ему в душу своим взглядом йотуна и попросил, как только он, Знающий Наперед, умеет.
Пришлось согласиться с тем, кто все наперед знает.
Уже на следующий день они совершили обряд побратимства. О нем в
Но надо добавить, что они не только прошли под дерном и, встав на чурбан, призывали богов. По настоянию Ингвара, они договорились, что будут отныне соблюдать шесть общих для всех законов. Вот они:
Ни один человек не может стать их побратимом, если он старше пятидесяти и моложе восемнадцати лет. Правило это, однако, не касалось тех, кто уже вступил в их братство, так как некоторые из них уже были старше пятидесяти, и самому Ингвару в том году минуло пятьдесят пять зим.
Когда кто-то захочет к ним присоединиться, кровное родство не может приниматься в расчет.
Ни один из них не может убежать от какого бы то ни было противника, даже если тот столь же доблестно и хорошо вооружен, как и он.
Каждый из них должен мстить за другого, как за своего брата.
Любую ценность, без различия – маленькую или большую, которую они добудут в походе, они обязаны отнести к корабельному знамени.
Тот, кто затеет вооруженную ссору, будет немедленно изгнан.
Некоторые умники утверждают, что Ингвар, предложивший эти законы, якобы взял их от йомсвикингов. Они и вправду очень похожи. Но йомсвикинги жили через сто лет после верингов, о которых идет речь. Надо ли объяснять, кто у кого перенял?
О том, что они будут соблюдать эти законы, они принесли Клятву Двенадцати, которая среди северян считается самой нерушимой. Клятву совершили: Ингвар сын Ингмара и его люди Арни, Ингемунд Звездочет и Адульф; Хельги сын Авальда Справедливого и друзья его Кари Детолюб, Вестейн из Эгерсунда и Атли Толстый; Эйнар сын Эйнара и его воины Логи Финн, Берси Сильный и Отар Служанка.
Став побратимами и верингами, они в тот же год отправились на восток, в ту страну, которая тогда не имела определенного названия, а теперь называется Гардарики.
О том, как они без малого четыре года промышляли на тамошних озерах и реках, рассказывается в
Чаще всего Хельги подвизался на севере Великого Озера, среди карелов, и брал у них меха, а рабов не брал. Когда на третий год он стал охотиться на словен, то искал в первую очередь красивых молодых девушек и, завладев ими, можно сказать, даровал им лучшую судьбу, чем та, которая ожидала их у людей Эйнара: те были грубыми и бесцеремонными.
Следует также добавить, что Хельги и все его люди никогда и никого зря не насиловали. Со всеми, с кем ему приходилось иметь дело, Хельги сначала пытался миролюбиво договориться. И лишь когда ему в обмен за свою безопасность предлагали негодный товар или отвечали грубым отказом, а то и угрозами, только тогда Хельги применял силу. Но не калечил и не убивал, как это делали Эйнаровы воины, а брал заложников, таких находил, которых славы и карелы не выкупить не могли.
Непременно надо сказать, что в его дружине, за исключением его самого, хёвдинга Хельги Верного, все были равны между собой: пили из одной чаши, ели одну и ту же еду; все брались за весла, когда надо было грести, а не так, как у Эйнара, у которого гребли только финны; а ведь они также считались верингами и побратимами. Хельги часто тоже садился за весла. И тем, у кого по какой-либо причине на праздничном пире не было хорошей одежды, Хельги ее всегда одалживал.
Нельзя не упомянуть и о том, что, когда Хельги впервые прибыл на Ладогаватн, его бывший побратим Сульки сын Эйвинда уже несколько лет был конунгом Рогаланда, а брат его Соти – первым из ярлов.
