Какое дерьмовое завершение понедельника. Печально известный как худший день недели, он приложил все усилия, чтобы оправдать свою репутацию. В случае Моны – посредством обеспокоенного голоса матери, который сквозь помехи раздавался из ее смартфона.
Измученная Мона сидела на барном стуле в «Коксе». Перед ней потрескивали пузырьки углекислого газа в огромном стакане «Фанты», которая после всхлипа Моны безо всякого колдовства превратилась в виски, так как Свен поменял бокалы. К сожалению, первые мамины слова благодаря громкой связи прозвучали на весь зал… Так что теперь владелец бара, его друг-вампир, который в данный момент полировал стаканы, и все остальные посетители были в курсе, как достопочтенная мать разочарована в своей дочери.
– В какие же бездны ты падаешь, – драматично стенала Ульрике Носфератух. – Дитя мое, я не могу тебя от них защитить. Для этого не хватит всех молитв в мире.
– Да послушай же ты меня, – попробовала перебить ее Мона, но все было безнадежно.
А теперь малышка стащила и ее выпивку… вместе со стаканом. С довольным видом Тиффи жевала свой перекус. Она стояла на соседнем табурете, на кожаной обивке которого уже красовалась дыра в форме поросячьих зубов, и с любопытством крутила головой по сторонам, опираясь передними лапками на барную стойку. Брови Свена обеспокоенно приподнялись, и он убрал из зоны досягаемости демона орешки, салфетки и цветочную вазу.
– Ты впустила зло в свою жизнь, звездочка моя. Но еще не поздно, я узнавала, – доносилось из трубки. Мона оставила попытки убавить звук. Каким-то образом ее матери всегда удавалось говорить в три раза громче, чем позволяла техника. – На одном форуме мне попалась группа в Телеграме, там проводят изгнания демонов по видеочату. Мы с Ларой попробовали и…
У Моны не получилось сдержать раздраженный стон. – Что? – неожиданно язвительно раздалось в ответ.
– Бальтазар бог, мама. Не настоящий демон, и кроме того, демонов не так легко…
Договорить ей не дали.
– Я так разочарована, что он смог заставить тебя в это поверить. Чему вас вообще учат в университете? Ты хоть видела статью о нем в Википедии?
Голос Ульрике звучал напряженно: вероятно, в этот момент она бешено раскручивала маятник, эта картинка буквально возникла у Моны перед глазами. Однажды в процессе у нее оторвался драгоценный камень, пролетел через всю кухню, как боевой снаряд, и вдребезги разбил оконное стекло – для ее матери это стало верным знаком
– А ты знала… что его… Мона… его… его упоминают… – мама делала драматические паузы не только по СМС. Но сейчас это звучало так, будто в них больше трех точек. – Его упоминают… в черномагических… колдовских книгах. Мона… черная… магия, – почти с благоговением выдохнула Ульрике.
Как же Моне хотелось возразить, что не существует такого понятия, как злая магия. В частности, черная магия однозначно являлась лучшим средством против плохо закрывающихся ставен в крупном городе, который по ночам освещается фонарями. Это определенно можно отнести к положительным моментам в жизни. А люди отлично умели превращать в опасность что угодно. Впрочем, интернет-статьи о Бальтазаре когда-то подействовали и на саму Мону, так что в этом она маму винить не могла.
– Ну, в любом случае… После того как все разденутся, можно начинать. – Видимо, они вернулись к теме ритуала. Мона поморщилась, но решила послушать. – Ты ложишься в круг и, пока остальные молятся, повторяешь мантру. Гуру еще говорил, что надо хлопать ногами в такт. В позе лягушки, потому что… потому что этот… Бальтазар принимает форму человека, лягушки и кота. Гуру думает, что это должно помочь. У тебя еще есть тот ободок для волос с кошачьими ушками? Если нет, ничего страшного, Гизеле всегда хорошо удавались кошачьи мордочки, когда она разрисовывала детей аквагримом, это тоже сойдет.
– Мам, это так не работает, – начала Мона, но потом опять решила не продолжать контратаку. Наверняка при виде молитвенного круга голых домохозяек с театральным гримом, которые лежат на полу по-лягушачьи и размахивают ногами, даст дёру даже самый матерый дьявол. Бальтазар бы немедленно с ней порвал – и имел бы на это полное право. Некоторые эзотерические ритуалы приносили очень своеобразную пользу. Одна мысль об этом настолько развеселила Мону, что она нашла в себе силы наконец вставить слово. – Я выйду за него замуж!
– Что? – на том конце провода ее мать подавилась воздухом.
– Мы с Бальтазаром сыграем свадьбу в следующем месяце. Снова. На этот раз по-настоящему. С церемонией и… пригласим своим друзей. У-устроим маленький праздник, – Мона постаралась изобразить максимально безобидный тон, словно перед этим они не обсуждали изгнание ее жениха.
