– Напомни мне никогда не брать ее к моим родителям, – пробормотал Бен, живший с семьей на большом винограднике.
– Папа! – радостно взвизгнула Тиффи, что заставило Бальтазара по крайней мере поднять голову и слабо улыбнуться. Шаловливая малышка прыгнула к нему на руки, сразу прильнула к груди и поймала один из его пальцев.
– Наелась, ага, как же, – тихо проворчала Мона, облокотившись на барную стойку.
На нее нахлынула усталость, словно девушка заразилась удрученностью Бальтазара. Он говорил, чтобы она не беспокоилась, что после истории с Носдорфами все снова будет как раньше. Какое «раньше» он имел в виду, Мона не знала. Для него минувшие семь месяцев, должно быть, пронеслись, как мгновение ока – мгновение, которое перевернуло с ног на голову жизнь бога, сотни лет протекающую своим чередом. Мона подозревала, что их локальная война с вампирами послужила лишь спусковым крючком для куда более глубокой проблемы, но, возможно, Бальтазар прав, и это время надо просто пережить. Разобрать завалы можно и позже… если только это не связано с их браком. Их отношения зародились совсем недавно, они вместе всего три месяца, Мона и не ожидала, что все пройдет идеально. Просто из-за отсутствия опыта отношений ей было сложно принять сложившуюся ситуацию.
К удивлению Моны, Бен тоже опустился на барный табурет рядом с ней и мрачно вздохнул. Звук, полный отчаяния и усталости, слишком остро отзывался в ее душе, чтобы не обратить на него внимание. Бен заказал себе коктейль, от которого сильно пахло вишней, но в итоге только вяло поигрывал металлической трубочкой в стакане.
И тогда Мона задалась вопросом, действительно ли покрасневшие глаза друга были результатом удвоившейся работы в роли ее охранника, или за этим крылось нечто совсем другое.
– С тобой все в порядке, Бен? Ты ведь никогда не любил сладкие фруктовые коктейли, – аккуратно начала она. Сегодня любой разговор напоминал тактический допрос, и Моне это определенно не нравилось.
– В нем мята, я люблю мяту, – буркнул он в ответ и зевнул.
– Если можешь в ней поваляться, конечно.
Бен негромко хмыкнул после ее замечания:
– Мне нужна доза сахара.
Но для этого ведь у него есть девушка? Поколебавшись, Мона огляделась в поисках Бенико. Весь вечер вокруг эльфийки кружились ей подобные. Преимущественно молодая часть ее семьи пришла вскоре после Моны и ее друзей и наполнила это место жизнью. Дорого одетые эльфы с переливающимися крыльями окружили Бенико, болтали, танцевали, занимая все свободное пространство, и никто не отваживался к ней подойти… очевидно, включая Бена.
– У нее очень милые родственники.
Правда, Мона была не уверена, какая степень родства связывала этих эльфов. Во всяком случае, визуально казалось, что они собрались со всех концов света.
Бен лишь насмешливо фыркнул. Для его характера в этом звуке крылось поразительно много сарказма.
Значит, она права. Подавив стон, Мона повернулась к другу.
– Проблемы?
– Пока не знаю.
– Выкладывай уже!
– Мне просто не нравится, как они на меня смотрят, понимаешь? Сам не знаю. Я устал, – пробубнил Бен, уткнувшись в бокал с коктейлем, и прикусил соломинку.
– Как на большого сильного оборотня с красивыми темными глазами? – попробовала подбодрить его Мона.
У него на лице промелькнула тень смущения, Бен слегка сморщил нос и прикусил нижнюю губу:
– Ты забыла «здоровенный» и «волосатый».
– Имеешь в виду «привлекательный» и «пушистый»? – Она проигнорировала раздавшийся рядом тихий смешок и просто пнула Бальтазара по ноге под стойкой.
– А что такого, я тоже считаю, что он клевый парень, – прокомментировал тот, из-за чего смуглая кожа Бена стала еще чуть темнее и он пробормотал что-то неразборчивое.
– Да ладно тебе, как ты можешь кому-то не понравиться?
Словно повинуясь инстинкту, Мона провела рукой по вьющимся волосам своего друга: так трудно сопротивляться желанию погладить живущую внутри него собачью сущность. Он всегда старался сплотить стаю, под которой в их случае подразумевалась небольшая группка частично сверхъестественных друзей, включая скелетиху. И наверняка в такой же степени некомфортно Бен чувствовал себя, когда был отрезан от своей Бенико.
– Они так странно на меня косились. Как будто я чужак. А еще я всегда только «ее новый парень». «Тот оборотень». Не Бен или Бернхард. – Он немного покрутил в руке стакан с коктейлем, прежде чем сделать большой глоток, словно желая выпить для храбрости. – Я понимаю, что раньше Бенико была довольно легкомысленной, но до сих пор она и не стремилась к крепким отношениям. Это же разные вещи – постоянно встречаться с мужчиной или просто искать себе развлечение… А они так на меня смотрят, как будто завтра я снова исчезну.
– Бенико относится к тебе серьезно. Она с самого начала дала это понять.
– Знаю. – Бен обиженно надул губы. – Просто я плохо справляюсь с такими вещами. Семья – это очень важно для меня. Стая – это все, это наша безопасность. Без своих мы не выживем.
– Тут у нас есть кое-что общее, – произнес тихий голос позади них. Бен с Моной вздрогнули, и даже Бальтазар повернул голову в легкой растерянности.
