- Я помню тот день – грустно сказала Адана – ты тогда был сам не свой. Три дня едва разговаривал. Слово бросишь, и опять молчанка. Тогда не стала к тебе лезть, думаю – захочешь, сам расскажешь. Вот и рассказал.
- Так что получается, никто так и не узнал, как обычные люди превращаются в тварей? Совсем никто? Неужели никому не было интересно? Неужели не нашлось того, кто мог бы пойти, и узнать, что там происходит? – покачал головой Андрус – не понимаю этого.
- Пытались. Целые отряды отправляли – пожал плечами Урхард – Лес, это не просто лес, это такое место...колдовское. Когда ты туда войдешь – почувствуешь. Тебе в Лесу все время кажется, что деревья живые, что они смотрят на тебя. Что Лес оценивает – какой ты. Это не передашь словами, надо почувствовать. Когда из Леса переходишь в обычный лес, будто кипятком обдает, мурашки по коже. Что касается отрядов – никто не вернулся.
- Что, совсем никто?! – брови Андруса поднялись вверх.
- Совсем никто – криво усмехнулся Урхард – из Леса возвращаются только те, кто здесь живет. Почему Лес их всех не убивает – тоже загадка. У меня есть одно предположение, но оно слишком бредовое, чтобы я рассказывал его направо и налево. И вы никому не говорите, а то сочтут сумасшедшими...
Урхард помолчал, осмотрел сидящих за столом, будто оценивал – можно ли им доверить, и начал:
- Мы – животные. Как овцы. Или коровы. А Лес – наш хозяин. И он нас пасет. Когда ему нужно, Лес забирает кого-нибудь из людей, как хозяин выбраковывает из стада больных животных, или же режет лучшую, чтобы насытить свой желудок.
- Гадко как звучит! – пробормотала Беата - а как тогда объяснить, что у нас уже давно не пропадают люди, а тварей все больше и больше? Почему он не трогают наших, деревенских и забирает чужаков? Не стыкуется как-то.
- Опять же – могу только предполагать – кивнул Урхард – мы основная часть стада и никуда не денемся. На нас уже его печать, клеймо. А вот чужаки – это законная добыча, чужой скот, зашедший на чужую территорию. Последние годы все больше людей пытаются войти в Лес – тут есть золото, драгоценные камни, опять же – шкуры усков. Они здесь очень крупные, в два раза крупнее, чем везде по лесам, и мех с «искрой». Говорят, этими шкурами даже лечат – они хорошо помогают, когда болит спина. Теперь ты понимаешь, насколько заманчив Лес? И откуда столько чужих у тварей?
- Я вот что не пойму – а чем вам вообще мешают эти твари? – Андрус пожал плечами – ну твари, и что? Живут себе, и живут. Зачем их убивать?
- Они нападают – коротко ответила за отца Беата – иногда мимо проходят, а иногда набрасываются и стараются убить. Есть такие, что пьют кровь. Есть – просто жрут людей, как звери. Потому рядом с тварями надо быть очень осторожными. Правда, пап?
- Правда. Первое, чему учат детей в этой местности – как правильно вести себя, если рядом оказалась тварь. Лучше всего уйти от нее, убежать. А если нельзя этого сделать – есть нож.
- А серебра они не боятся, эти твари? – неожиданно для себя спросил Андрус.
- Хмм...вроде нет...если оно не приготовлено особым образом, с заклинанием – хмыкнул Урхард – а почему ты спросил про серебро?
- Что-то выскочило из головы, откуда-то из памяти, вот и спросил. К чему – не знаю.
- Ну что, все поели? – Анда встала из-за стола и стала собирать чашки – пора отдыхать. Андрус, я там воду нагрела, иди, помойся. А то весь в пыли извалялся, да и скакал там, весь потный. Отец, ты тоже потом сходи, вымойся, а то я после вас простыни не отстираю. Беа, помоги мне прибрать со стола. Сегодня мыть посуду не буду, устала. Завтра.
- Мать, пора бы все-таки прислугу нанять – покачал головой Урхард – ну что ты все сама, да сама! Денег нет, что ли? Не заработали?
- Я ей сто раз говорила! – оживилась Беата – нанять женщину какую-нибудь, пусть помогает по хозяйству! Небось, есть одинокие вдовы, они и рады будут наняться в прислугу!
- Не знаю... – растерянно пожала плечами Адана – непривычно, как-то...у нас в семье была прислуга, но я уже столько лет сама все делаю...да и большого хозяйства у нас нет – кроме лошадей никакой домашней живности. Отец даже собаку завести не хочет. Или кошку.
- Всю жизнь жду, что когда-нибудь придется отсюда бежать – усмехнулся Урхард – собаку, или кошку – бросать жалко, а брать с собой – верная гибель. Убьют ради развлечения где-нибудь на улице. Деревенские животины, не привыкли к городу. Ладно, потом подумаем насчет прислуги. В город поеду, поищу. Есть одна мысль... Андр, иди первым мыться, и спать шагай. Завтра в лавке сидеть будешь, а я пересчитаю, что осталось на складе. Похоже, что через пару дней в город придется ехать.
- Далеко до города?
- День пути. Если дорога чиста. Зимой можно и вообще не проехать, если снегом занесет.
- А как же тогда? До весны сидеть, пока снег не стает? – улыбнулся Андрус.
- Бывает и так. Но обычно такого снега, чтобы не проехать, не надувает.
Урхард встал из-за стола, довольно потянулся, потом нагнулся и поцеловал жену в щеку:
- Отличный ужин. Все вкусно! Ты лучшая хозяйка в мире!
