Все шло к тому, что следствие по делу Н.И. Меньшовой близилось к завершению, о чем ей уже дважды говорил следователь. 23 октября помощник начальника следчасти по ОВД подполковник В.Г. Цепков объявил ей под расписку утвержденное генерал-лейтенантом Л.Е. Влодзимирским постановление о привлечении Н.И. Меньшовой в качестве обвиняемой по ст. 58 п. 1 «а» (измена Родине) УК РСФСР. Она тяжело вздохнула от такого чудовищного обвинения, расписалась полностью фамилией, именем и отчеством, как того потребовал следователь, и горько заплакала.
Очутившись в камере, она долго молилась, размышляя о том, что вот и близится к концу ее дело, осталось ждать только судебного решения. Однако на следующий день – это было 24 октября – ее опять повели на допрос к Цепкову. В 14.05 он приступил к допросу, задав ей вопрос: понятно ли ей в чем ее обвиняют? Она ответила: «Да, понятно. Вчера я лично ознакомилась с постановлением о предъявленном мне обвинении. По существу предъявленного мне обвинения виновной себя признаю».
А дальше, в процессе этого допроса, она стала себя оговаривать, что предшествовало этому, сейчас установить невозможно. Что-то ее сломило, хотя до сего времени о работе на польскую и немецкие разведки ни в предшествующих ее протоколах допросов, ни в своих объемных многостраничных показаниях ничего похожего она следствию не сообщала.
Зачем этот нелепейший самооговор? Может, применялись к ней меры физического воздействия? Сведений об этом в ее следственном деле не имеются. Скорее всего, нет, ибо в этом не было никакой необходимости, так как она не сопротивлялась и все рассказывала следствию правдиво.
Нам кажется, Меньшова пошла на этот самооговор так же, как шли на него или на что-то похожее тысячи, сотни тысяч других людей. Им хотелось одного: как можно быстрее прийти к какому-нибудь концу, потому что выдержать психологические и физические истязания длительное время человеку было трудно.
По-видимому, что-то ей пообещал следователь, например согласишься с этим обвинением, срок наказания уменьшим или суд вообще отпустит в монастырь. Таких обещаний в следственной практике сталинских органов госбезопасности было множество.
Вечером 24 октября 1945 года Цепков закончил писать обвинительное заключение по делу № 8028 по обвинению Меньшовой Натальи Ивановны в совершении преступлений, предусмотренных ст. 58—1а УК РСФСР. В то же день с ним согласились и его подписали заместитель начальника следчасти по особо важным делам НКГБ СССР полковник Б.В. Родос и начальник этого подразделения генерал-лейтенант Л.Е. Влодзимирский.
На следующий день, 25 октября обвинительное заключение утвердили заместитель наркома госбезопасности СССР Б.З. Кобулов и заместитель главного военного прокурора А.П. Вавилов.
В отдельном заключении подчеркивалось:
«Меньшова Наталья Ивановна, 1901 года рождения, уроженка г. Калуги, гражданка СССР, русская, беспартийная, одинокая, до ареста – монахиня монастыря «Васильянок» в селе Подмихайловцы Станиславской области обвиняется в том, что:
а) в 1919—1929 годах являлась участницей польской националистической организации, по заданию которой вела подрывную работу против советской власти и собирала шпионские сведения для польской разведки;
б) бежав в 1920 году из Советской России в Польшу и проживая в Польше, Австрии и Западной Украине вплоть до ареста выдавала себя за дочь русского царя Николая II Татьяну Романову, пользуясь именем которой по заданиям немецкой разведки, а также католического духовенства, проводила против СССР вражескую работу;
в) была оставлена немецкой разведкой в тылу Красной армии с заданием – собирать шпионские сведения о тыловых частях Красной армии, их дислокации и вооружении;
г) являясь участницей антисоветской националистической организации ОУН, оказывала медицинскую помощь бандеровцам, проводившим вооруженную борьбу против частей Красной армии и содействовала их сокрытию в монастыре от органов советской власти, – то есть в совершении преступлений, предусмотренных ст. 58 п. 1а УК РСФСР.
По существу предъявленного обвинения Меньшова виновной себя признала. Изобличается свидетельскими показаниями Е.И. Меньшовой и В.И. Меньшовой, а также другими документами дела.