– Ты мониторишь, что там с делами, по которым проходит нотариус Завгородняя? – Вячеслав Алексеевич впервые за весь разговор обратился к Елене Петровне, но все еще не решался поднять на нее глаза.
– Ее сцепка с «Кантиной» и лично с Джафаровым полностью доказана. Надеюсь, что в ближайшее время вы с Настей добьетесь того, что суд признает ничтожным договор на продажу земли. Насколько я знаю, дом ты уже выкупил.
Вячеслав Алексеевич посмотрел на Кузнецову и резко спросил:
– Что значит «мы с Настей»? Я выплатил ее долг лишь потому, что несу за нее ответственность. Нравится тебе это или нет, мне все равно!
– Зачем же так грубо? Если я задела тебя – извини.
Дайнека и Вешкин переглянулись. Она махнула рукой, дескать, пошли. Но он мотнул головой, что означало: «нет, не могу».
Дайнека сделала большие глаза и показала кулак.
Вешкин развел руками и обратился к Вячеславу Алексеевичу:
– Есть новости.
Тот спросил:
– Хорошие?
– Скорее – плохие.
– Выкладывай.
Дайнека заметила, как отец и Елена Петровна переглянулись. Ей стало ясно, что они хотят остаться вдвоем. Она пнула Вешкина под столом по ноге. Он вздрогнул, но даже не посмотрел на Дайнеку.
– Я только что с дачи.
– Со своей? – рассредоточенно поинтересовался Вячеслав Алексеевич, не сводя глаз с Елены Петровны.
– С вашей. Точнее, с Настиной.
– Что там опять?
– Приезжали пять человек из «Кантины», приказали Насте и Серафиме Петровне убираться с земельного участка вместе с их домом. Потом начали выносить вещи. Когда я появился, они уже загрузили половину фургона.
– Ты что там делал?
– Приехал за документами.
Вячеслав Алексеевич нахмурился:
– Мне это не нравится. Нужно поскорее заканчивать с этим делом!
– Раньше, чем получится, не закончим, – сказал Сергей.
– Нужно как-то обеспечить их безопасность.
– Уже обеспечил. Посадил на даче троих ребят с ружьями. Убить не убьют, а по ногам нашмаляют.
– Это чересчур.
– С Джафаровым – только так. Иначе не понимают.
– Ну, хорошо, лишь бы сработало.
– И последнее: адвокат Камнев нотариально заверил возврат займа. Отныне дом вне опасности. И кстати, Настя попросила у меня взаймы денег.
Дайнека спросила:
– Неужели дал?
– Половину от запрошенной суммы. – Вешкин улыбнулся. – Руководствуюсь принципом: кто скоро даст, тот вдвое даст. Читала Сомерсета Моэма?
– Нет. – Дайнека встала и потянула его за руку: – Идем, нужно поговорить.
Выйдя с Дайнекой из кафе, Вешкин спросил:
– Ну и что?
– Во-первых, ты – дурак, что дал Насте денег.
– Это ты могла сказать, не выходя из кафе.
– Во-вторых, неужели ты не понял, что их нужно оставить наедине?
– Это – аргумент, – кивнул Сергей Вешкин.
– В-третьих, нам нужно еще раз поговорить с Благовестовым. Мне кажется, он что-то недоговаривает.
– А это уже из другой оперы. Ну, мне надо на работу! – Он перебежал через дорогу к своему автомобилю и помахал оттуда рукой: – Если что – звони!
Машину Дайнека оставила отцу. Сама отправилась пешком к метро. Пока она шла, начался теплый реденький дождик, который не вымочил одежду, но уплотнил воздух так, что он стал густым и тяжелым, как масло.
Спустившись в метро, Дайнека ощутила, что от кондиционированного воздуха у нее замерзла спина. Ей взгрустнулось – было непонятно, куда двигаться дальше. Кажется, куда ни сверни, повсюду упрешься в стену. Ни на один вопрос не было ответа. Разрозненные обрывки информации, случайные факты из прошлого и мешанина современных событий. Где кроется ключ к разгадке? Она этого не знала.
Задумавшись, Дайнека пропустила свою станцию – не услышала голос диктора. Ожидая следующую, наткнулась взглядом на светящиеся лампочки маршрута. Станция метро, вблизи которой находилась Лешина заправка, была в двух остановках. Поезд остановился, перед ней открылись автоматические двери, но она осталась в вагоне.
Дайнека вышла через две остановки, поднялась на поверхность и выбрала маршрут, исключавший встречу с заправщиком. Она «огородами» проникла во двор дома под снос и постучала в окно сторожки.
Створка отворилась, и оттуда выглянул дядя Митя:
– Опять ты, оглашенная? Все ходишь и ходишь… Чего тебе надо?
– Можно я к вам зайду?
– Ну, заходи.
Вскоре он появился на крыльце и впустил ее в свою комнату.
– Мне нужно с вами поговорить, – сказала Дайнека.
– Уж сколько говорено. Неужто не хватит? Чего ко мне прицепились…
Дайнеке показалось, что сегодня сторож был настороженным и немногословным. Она связала это с тем, что он виделся с Лешей, и решила идти напрямик:
– А я сегодня видела вас на заправке.
– На какой такой заправке? – Дядя Митя замешкался. – Ах да! В магазин пошел, к земляку завернул. Алексеем зовут, мы оба с ним туляки.
– Вы жили в Туле? – Дайнека напряглась в предчувствии фарта.
– Почему это жил? – проворчал старик. – Я и теперь там живу. И жена моя там, и дети. И Лешка живет в Туле. В Москву приезжаем работать. Я вот на полгода сторожем подрядился, пока дома не снесут. Надоело все хуже горькой редьки. Скорей бы снесли.
– Алексей тоже?
– Что тоже? – с чувством протеста спросил старик.
– Тоже на полгода или как?
