– Мне бы не хотелось.
Не обратив внимания на отказ, Дайнека спросила:
– Вы были знакомы с Борисом Илларионовичем?
– Ну как же, дорогая! Он был моим свекром.
– Каким человеком он был?
– Борис Илларионович был умным, интеллигентным, образованным человеком.
– Велембовский-старший был его другом?
– До определенного момента.
– Что это значит?
– С некоторых пор в их отношениях появился холодок.
– С чем это было связано?
– Мне неизвестно. Наибольшая недоброжелательность исходила от Бориса Илларионовича, а Велембовский словно постоянно в чем-то оправдывался.
– Могу я завтра позвонить Дмитрию Борисовичу?
– Мне бы не хотелось, чтобы вы его волновали.
– И все-таки?
– Ну, попробуйте.
Остап Романов появился неожиданно, причем на пороге ее квартиры.
– В чем дело? – Дайнека удивилась так, что забыла о вежливости.
Остап поздоровался:
– Здравствуй!
– Ты, кажется, пьян…
– С друзьями обмывали новую книгу.
– Поздравляю. Я здесь при чем?
– Меня к тебе тянет.
– Еще раз поздравляю и даю бесплатный совет: езжай-ка лучше домой.
– Да или нет?! – Романова развозило на глазах. Кажется, он едва стоял на ногах.
– Что это значит? – поинтересовалась Дайнека.
– Да или нет?! – с нажимом в голосе повторил Романов и покачнулся.
Дайнека взяла его под руки и провела в гостиную. Усадив на диван, кинула в изголовье подушку:
– Ложись!
– Для чего? – Романов пьяненько встрепенулся и погрозил ей пальцем: – У-у-у, ты какая!
– Ложись спать. До такси мне тебя не дотащить. Утром поговорим.
Уже через минуту Остап Романов храпел на диване.
Дайнека выключила свет и обратилась к Тишотке:
– Идем и мы с тобой спать.
Дайнека приготовила на завтрак то, что любила сама и что предпочитал пес Тишотка: она сварила вареники. Завтракали вдвоем, но в девять утра проснулся Остап Романов.
Выглянув из-за угла в коридоре, он спросил:
– Можно в ванную?
– Давай! – сказала Дайнека. – Потом приходи на кухню!
Ей было любопытно, как он объяснит свой визит. Дайнека приготовила яичницу и, когда Остап вышел из ванной, спросила, указав на тарелку:
– Яичницу или вареники?
– Лучше яичницу. – Он сел за стол.
Дайнека устроилась напротив и, глядя на Романова, вспомнила свое первое впечатление: он весь состоял из диссонансов. С тех пор мало что изменилось: Романов был небрит, брутален, но вместе с тем – жалок.
– Хлеба?
– Нет, спасибо. Хлеб я не ем.
– Почему?
– Забочусь о своем весе и внешнем виде.
– Для писателя это важно, – поддержала Дайнека.
Романов дополнил:
– Писатель работает лицом.
Она удивилась:
– А разве не головой?
– Ты это нарочно? – Остап с обидой отложил вилку.
– Да нет! Не нарочно. Просто пришлось к слову.
– Я хочу извиниться за то, что так бесцеремонно ввалился к тебе домой.
– Ты ввалился интеллигентно. И, кстати, как узнал номер моей квартиры?
– Азалия…
– Оставила тебя здесь лишь потому, что до такси бы ты не дошел.
– За это – спасибо, но все же мне неудобно.
– Выспался, и ладно. Ешь и отправляйся домой.
– Прямо как мама… – Остап взялся за вилку и снова ее отложил. – Тебе не интересно, почему мы подрались с Делягиным?
– Ну?
– Мы подрались из-за тебя.
– Нетрудно догадаться.
– Какая самоуверенная, – с обидой в голосе произнес Романов.
– Нет, нисколько, – ответила она и сосредоточенно сдвинула брови. – Все так бессмысленно, что я даже думать об этом не хочу. И тебе не советую.
– У вас с ним серьезно?
– Имеешь в виду Влада?
– Кого же еще…
– Например, моего парня.
– Ах да, ты же говорила, что у тебя кто-то есть. Но что-то его не видно.
– А это не твое дело, – обиделась Дайнека.
– Вчера я шел к тебе только с одним вопросом…
Дайнека догадалась:
– Да или нет?
– Откуда ты знаешь?
– Вчера вечером ты задал его дважды. Потом отрубился.
– Прости… – Остап Романов пристально посмотрел Дайнеке в глаза. – Какой будет ответ?
– Нет.
Романов встал из-за стола и достал свой телефон:
– Потерпи еще пару минут, я вызову такси.
– Да хоть десять. – Дайнека потрепала Тишотку по холке. – А мы проводим тебя до машины. Нам пора на прогулку.
Из подъезда они вышли втроем: Романов, Дайнека и Тишотка. Пес побежал к газону. Дайнека испуганно остановилась – на той же лавке, что в прошлый раз, сидел Влад Делягин.
Увидев Романова и Дайнеку, он вскочил на ноги и пошел, почти побежал к ним.
– Что это значит?!
Дайнека заслонила собой Романова и сказала:
– Спокойно.
– Что делал этот хлыщ в твоем доме?
– Ночевал. – Она ответила честно лишь потому, что не успела соврать.
Влад оттолкнул Дайнеку, схватил Романова за лацканы пиджака и влепил его в стену:
– Что ж ты делаешь, падла!
– Пожалуйста! Ребята! Не надо! – закричала Дайнека, и Тишотка поддержал ее отчаянным лаем.
– Убью тебя! – заорал Влад.
Остап Романов прокричал ему в ответ:
– Я пьяный был! Даже если бы захотел, ничего бы не сделал!
К подъезду подкатило такси. Дайнека открыла дверцу, Остап вывернулся из рук Влада и заскочил в салон. Дверца захлопнулась, и таксист сообразил, что нужно сдать задним ходом. Так он выехал через арку на улицу.
Дайнека сердито посмотрела на Влада:
– Дурак, что ли? Да?
– На себя посмотри. Шалава…
