Добравшись то тела, копач ловко подхватил его руками–лопатами и водрузил себе на плечи. Медленно развернувшись, существо грузным шагом двинулось по направлению к озеру. Таннет сменил иллюзию куста на кусок темноты, принимающей форму теней, отбрасываемых деревьями. Аккуратно ступая, охотники начали преследование. Они обходили каменные плиты, проверяя, нет ли под ногами веток или другого мусора, которые могли бы их выдать. Не замечая, что за ним идут, копач, издавая сопение, продолжал путь. Когда перед тварью оказалась кладбищенская ограда, она даже не остановилась, просто перемахнула ее гигантским прыжком. А с виду неповоротливая, подумалось Дарлану, в бою с такой нужно сохранять бдительность. Стараясь не издавать шума, монетчик подсадил Таннета, чтобы тот перелез первым, потом забрался сам. Копач уже приближался к берегу, до ровной глади Самоцветного озера отсюда оставалось недолго. Таинственный остров словно холм возвышался над водой там, где еще вчера плескались только волны. Дарлан в одиночку, пока Таннет отсыпался после их предыдущей засады, искал здесь следы чудовища. Неужели копач будет вплавь добираться до острова? Берег выглядел пустым, а на воде ни лодки, ни плота, хотя тварь могла бы воспользоваться своими лапами как веслами. Юный маг вдруг сбавил шаг, как будто его что–то насторожило.
— Здесь есть другой иллюзионист, — прошептал он.
— Уверен? Я никого не вижу, — сказал Дарлан.
— Он также прячется за мороком, как и мы. Надо бы его вырубить, когда появится, но не убивать, вдруг что выпытаем.
— Он тоже тебя чувствует?
— Нет. — Как–то не сразу ответил Таннет. — Вероятно, так умею только я. Стараюсь не распространяться об этом. Ты тоже никому не говори, пусть это будет нашим преимуществом.
— Хорошо. — Дарлан пожал плечами, у каждого свои секреты.
Едва копач достиг воды, как на поверхности озера из пустоты возникла лодка. На веслах сидел человек в балахоне, который стал быстро грести к берегу. Дарлан приготовил монету. Ближе, чуть ближе. Он рассчитал траекторию полета, используя эфир в крови. Бросок! Серебряная марка стремительно понеслась к иллюзионисту в лодке. Она ударила его плашмя в лоб, и человек обмяк, выронив весла. Копач будто сообразил, что произошло. Скинув мертвое тело с плеч, чудовище обернулось к охотникам.
— Таннет! — крикнул монетчик. — К лодке, чтобы ее не унесло далеко.
Парень не стал перечить; прикрываясь иллюзией, он мигом побежал к воде. Тварь, заметив больше не скрытого магией Дарлана, взревела, опустилась на четвереньки и прыжками кинулась к нему. Дарлан успел вытащить пару монет и швырнуть их в летевшую на него тушу. Металлические кругляши пробили тело копача насквозь, но он не сбавил ход. Вытаскивать меч было поздно, поэтому монетчик кувырком ушел в сторону, ощутив взмах страшной лапы возле себя. Пахнуло тухлятиной. Вскочив, Дарлан уклонился от смертельного удара, направленного ему в лицо, отпрыгнул назад, направив еще одну монету в тварь. Марка вонзилась прямо в глаз чудовищу. Страшно завыв, копач закрутился на месте, цепляя своими лопатами землю вокруг. Это дало время обнажить клинок, но первый же удар Дарлана, полуослепший монстр с легкостью отразил. Сочащаяся из ран черная жижа, заменяющая ему кровь, жутко воняла. Раненый копач попытался достать монетчика по ногам, Дарлан едва успел увернуться. Внутри него эфир забурлил с удвоенной силой, нужно было стать еще быстрее, иначе тварь выйдет из схватки победительницей. Дарлан атаковал обманным замахом, который копач попытался отбить тем, что заменяло ему руку. На грани своих возможностей, монетчик скользнул вбок, едва не споткнувшись о какой–то валун, изменил направление меча и рубанул сверху, отсекая твари конечность выше локтя. Поток теплой черной крови окатил Дарлана, он едва сдержал резко нахлынувший позыв избавиться от ужина. Копач отскочил в сторону, вращая культей и здоровой лапой словно мельничными лопастями. Используя передышку, Дарлан извлек из кармана еще монету, чтобы лишить чудовище оставшегося глаза. Беснуясь, ослепший копач мычал, клацал острыми зубами, тщетно пытался зацепить человека. Бесшумно зайдя за спину твари, монетчик вонзил клинок ей в затылок. Создание некромантов дернулось, а потом завалилось вперед, зарывшись мордой в землю.
— Башку отруби! — донесся от воды крик Таннета. Дарлан, как следует размахнувшись, отделил голову копача от плеч. Если иллюзионист советует это сделать, значит так надо. В конце концов, Таннет — знаток этих тварей. Тело чудовища еще подергивалось. Вытерев меч об и так замаранный черной кровью плащ, монетчик вложил клинок в ножны и побежал к иллюзионисту. Таннет успел затащить лодку на берег и теперь сидел на скамье, у его ног все еще без чувств лежал усатый мужчина в балахоне. А парень–то даром времени не терял — крепко связал пленника по рукам и ногам.
— Видок у тебя страшный, — сказал маг, осмотрев Дарлана. — Пахнешь, кстати, тоже не очень. Как куча гниющего мусора. Нет, как две кучи, а то и три.
