– Хорошо, возможно, когда-нибудь ты мне о ней расскажешь. А у меня есть, и позволь, я тебе о ней расскажу. В детстве я мечтал полететь на Марс. Перед сном отец читал марсианские сказки, и мое воображение рисовало огромный мир. Там, на Марсе, в моем воображении жили невероятные существа. Добрые, сильные, справедливые. Их мир был прекрасен. Широкие поля, горные реки, зеленые леса, высокие горы и нетронутые скалистые вершины. Но однажды жители Марса проснулись и обиделись друг на друга. Кому-то показалось, что у соседа чего-то незаслуженно больше, чем у него. Вместе с обидой пришел раздор, а за ним и война. Воевали те, у кого меньше достатка, с теми, у кого больше. Те, у кого было больше, победили и поработили тех, кто был изначально слабее. Так на Марсе возникло рабство. Время шло, и богатые богатели, а рабов становилось все больше и больше. И однажды среди рабов появился лидер, который смог поднять восстание. Это было кровавое побоище. На правом полушарии победили рабы, а на левом, за океаном – богатые, они смогли удержать свою власть. Планета разделилась. Города богатых становились богаче и красивее. Со временем богатые отменили рабство, и их мир расцвел. На полушарии рабов все было по-другому. У рабов больше не было хозяев, и некому было отдавать им приказы. Рабы погрязли в пьянстве и распутстве. Их мир превратился в ад. Загнивающая экономика, отсутствие культуры, воровство, коррупция. И снова рабы позавидовали богатым, и снова пришла война, но на этот раз гораздо ужаснее предыдущей. В воздух поднялись ракеты, и планета погрузилась в пепел. Вмиг были стерты города и целые континенты. Марс из цветущего мира превратился в красную планету камней, ветра и нескончаемых песчаных бурь. – Марк замолчал.
– Ты мечтаешь полететь на красную планету, чтобы увидеть песчаную бурю?
– Марго, ты только представь, что, если мы там уже были, и непросто на Марсе, а на каждой планете в каждой из солнечных систем? Мы бродили по Плутону, Юпитеру и по Близнецам в системе Альфа. Были, но не можем этого вспомнить. Эта информация скрыта от нас, ведь если мы сможем вспомнить те далекие миры, то однажды, закрыв глаза, будем в состоянии туда отправиться. Что, если это и есть наше наказание? Нет никакого рая или ада, есть только чистилище, и мы сейчас в нем, отбываем свое заточение. Марго, все мы родом из детства. А если наше детство прошло не на этой планете? Мы все настолько разные, словно созвездия или галактики во Вселенной. Ты – из системы Альфа Центавра, а я – из созвездия Лиры. И сейчас мы с тобой встретились в этом удивительном сне. Ты представляешь, какая это невероятная удача!
Марк говорил, а мне хотелось его поцеловать. Я знаю, что это неправильно. Возможно, в реальном мире его ждет девушка, в которую он по-настоящему влюблен. Мне хочется спросить об этом, но я сдерживаю себя и вслух говорю:
– Для меня это все слишком сложно.
Марк присел и, поднеся указательный палец к губам, произнес:
– Тихо, тихо, ты слышишь голос?
– Нет.
– Ну вот и все, мне пора уходить. До встречи, – сказал Марк и растворился в воздухе так, словно его и не было.
Я осталась на райском пляже одна. Обняв руками колени, еще долго сидела в одиночестве. Я знала, что, стоит мне закрыть глаза, я вмиг могу оказаться на Венском балу, но мне больше не хочется танцевать. Мой черный лебедь улетел. Что было бы, если бы мы встретились в реальной жизни? Вдруг слышу шепот из ниоткуда. Голос показался мне знакомым, и я узнала его. Это Моно.
– Открой глаза, Марго. Ты слышишь меня? Открой глаза!
Сладко потягиваюсь, открываю глаза и просыпаюсь в бабушкиной квартире. Нащупываю обруч, трогаю лицо, пальцами провожу по губам и снова опускаюсь к шее. Медленно встаю с кровати, подхожу к зеркалу. Волосы растрепаны, но отражение не кажется уставшим. Наоборот. На щеках появился румянец, глаза горят лукавым огнем. Подхожу к календарю. Пятнадцатое февраля. Пускай это будет мой маркер. Срываю лист и затем опускаюсь на пол.
Этого не может быть, я все помню! Но как же так? Моно говорил, что я не буду ничего помнить, только образы или, может, обрывки фраз. А я помню все, каждую деталь, каждое слово. Помню солнечную поляну в карпатских горах, помню, как утонула и как оказалась в бесконечности и затем познакомилась с Моно. Ясно помню, как падала и, едва коснувшись земли, перенеслась в сказочную гардеробную. Мы выбрали платье, и в зеркале появилась принцесса. Еще была мраморная лестница, поднявшись по которой мы встретили влюбленную пару, они исчезли, а мы отправились на Венский бал. Марк – какое красивое имя! Глаза – как ночь или как океан в лунном свете.
