Овладевающий человеком ужас пульсирующей опухолью разрастается и разбухает в сознании.
Виновный отчаянно сходит с ума…
Чтобы унять эти страдания обычно виновные или бегут… или сдаются добровольно с написанием чистосердечного признания.
-Курбатов и хотел, чтобы Плансон всё заснял.-кивнул Стас.
-Чтобы держать остальных в повиновении.-сказала Ника с грустным, но сердитым осуждением.-Благодаря этому они все были повязаны. Проболтается один, сядут все.
-Да уж, надежно.
Ника кивнула, она хотела было что-то сказать. Но вдруг скривилась, крепко зажмурила глаза, зашипела.
Стас обеспокоенно коснулся её плеча. Девушка встряхнула платиновыми волосами, замотала головой, что-то промычала.
-Ника, что?..-Стаса не редко пугали приступы видений у Вероники.
Потому, что он чувствовал жуткую растерянность и совершенно не знал, как и чем ей помочь. И надо ли?..
Он не редко видел, что Нику буквально терзают нахлынувшие видения.
Но так же не знал, какие будут последствия если он попытается прервать её.
И все-таки каждый раз, при виде мучений Ники от видений, сочувствие и жалость болезненно сжимали его сердце.
Девушка внезапно открыла глаза. Пару секунд она с осоловелым видом глядела перед собой.
Затем подняла взгляд на Стаса.
-Я…-выдохнула она.-Я еду с тобой…
-Что?-чуть нахмурил брови Корнилов.
Пульсирующее напряжение уступало место чуть сонливому спокойствию.
-Куда ты собираешься?..
-В больницу.-быстро сглотнув, произнесла Ника.
Её искрящиеся синие глаза взглянули на Стаса.
Корнилова пробрала смесь неловких чувств.
Он бы никому никогда не признался, но он довольно часто чувствовал легкую растерянность и почти мальчишескую неловкость, когда чарующий взор синих глаз девушки сосредотачивался на нём в такой непосредственной близости.
-В больницу.-повторила Ника, пристально глядя в глаза Стаса.-К… Ксении Гудковой…
-Ника.-Стас уже понял, что девушка только, что увидела его воспоминание.
Есть один серьёзный минус в общении с Лазовской. Ты никогда не знаешь, какое твое воспоминание она увидит.
Был случай, Ника увидела воспоминание Стаса о первом свидании. А это один из главных секретов легенды все Московского сыска, о котором ни знает ни одна живая душа!
Потому, что, то самое первое свидание Стаса было неудачным и позорным! Этот эпизод относился к тем, которые бравый следователь очень бы хотел забыть и не вынес бы, стань катастрофический провал его первого свидания достоянием гласности!
Так, вот Лазовская это увидела, и потом с её губ пол дня не сходила снисходительная, чуточку ехидная улыбочка.
Но, благо Ника давно поняла, что её дар не игрушка. И последнее для чего он нужен-это, издеваться над людьми зная их сокровенную правду.
Никогда Лазовская не позволяла себе ничего подобного. Даже в шутку. Даже с самыми отъявленными негодяями.
Напротив, эта синеокая девушка крайне трепетно относилась к человеческой душе, и никогда бы не посмела ранить её, выплюнув в лицо гадкую правду.
-Стас я должна там побывать. В психиатрической больнице, откуда сбежала дочь Гудковых.-настоятельно проговорил Ника.
-Послушай…-Стас вздохнул.-Ты же понимаешь, что тебя там ждёт…
Он выразительно взглянул на неё.
-Ничего.-проговорила она тихо.-Это я как ни будь переживу.
-Уверена?-грустно усмехнулся Стас.
-Чем быстрее я выращу панцирь тем лучше.-в тон ему усмехнулась Ника.
Панцирь… Так она назвала способность оставаться равнодушной, к тайнам человеческих личностей и душ, которые с такой легкостью узнает.
Ту способность, которой ей так отчаянно не хватает.
И оба они понимали, что хотя Ника со временем проявляет все больше выдержки и самоконтроля, «вырастить панцирь» ей вряд ли когда-то удастся.
-Ника,-Стас все же попытался отговорить девушку.-Я боюсь ты будешь слишком шокирована, тем, что ты там увидишь.
Ника только вздохнула.
-Неужели?-с долей скептицизма спросила она.
Стас пару мгновений смотрел на неё. Внутри него шла яростная борьба противоречивых чувств.
Полицейский прагматизм истово боролся с эмоциями и жалостью к Нике.
-Стас.-Ника обеими руками взяла его за руку.-Пожалуйста… Ты же понимаешь…
Корнилов понимал.
Даже специальная команда опытнейших следователей со всего мира не способна увидеть все то, что может увидеть Ника.
По той простой причине, что они все лишь могут догадываться и строить версии, а эта четырнадцатилетняя девочка может в одно мгновение узнать всю правду.
Сделав над собой огромнейшие усилие и частично договорившись с совестью, Стас всё-таки согласился взять Нику с собой.
Коля всё ещё допрашивал Плансона. Арцеулов пока, что пребывал на приеме у врача.
А они с Никой мчались по направлению к психиатрической больнице
ВЕРОНИКА ЛАЗОВСКАЯ
Я сидела в машине Стаса, смотрела на тускло-серое, мокрое небо и раскинувшиеся за городом леса.
Я размышляла над тем, что мне предстоит увидеть в областной психиатрической больнице, когда мы туда приедем.
В воспоминании Стаса я увидела жуткую девушку с лицом, раскрашенным в две половины. Черного и белого цвета.
Сама она была одета в кофту из черных и белых полос, и её комната… Всё, абсолютно всё там было чёрно белым.
