– Наоборот. Я считаю, что намного проще научиться держать равновесие одному. Если ехать вдвоем за руку, то тогда придется ровняться на другого человека и если тот будет падать, то тебе придется упасть с ним вместе.
– Маша!.. – простонал Женя и ринулся вперед за ней.
Прежде чем почувствовать некую уверенность в своих движениях Жени пришлось еще несколько раз встретиться со льдом почти лицом к лицу. Маше же была непреклонна. Она и не думала как-то помощь Жене. Если упал, значит встань и едь дальше.
Жене вдруг в раз надоело смотреть, как маленький шлейф Машиного платья туда-сюда мелькает перед ним. Он поднялся на ноги, нашел глазами Машу и уверенно покатился прямиком к ней.
Маша все время наблюдала за ним краем глаза и остановилась на месте, поняв, что Женя вот-вот докатиться до нее.
– Делаешь успехи Евгений…
– Александрович.
Маша засмущалась. От природы она была скромной, и то обстоятельство, что Женя положил свои руки ей на талию, заставило ее прятать глаза от прямого столкновения с его глазами.
– Хлебодаров Евгений Александрович, но для тебя, Машенька, я всегда просто Женя, – тихо-тихо проговорил он.
Видя, что Маша в растерянным чувствах, что она взволнована и тень стеснения бродит на ее чрезмерно порозовевших щеках, Женя наклонился к ней. Почему-то сейчас он был точно уверен, что ни за что не упадет.
А Маша, ловко увернувшись, направилась к противоположенному бортику. Женя только руками успел развести. Теперь придется опять ее догонять.
– Я нисколечко не смеялся над твоей фамилией! – прокричал Женя и через несколько секунд все-таки догнал, поймал Машу.
От нее пахло свежестью и каким-то тонким пьянящим ароматом, присущим только ей, только Маше. Ах, этот аромат! Говорят у каждого человека он свой, особенный. И какое это блаженство встретить человека на своем жизненном пути с таким дурманящим, доводящим до закипания всего сознания и подсознания ароматом. Родным ароматом.
– А над чем тогда? – проговорить Маша.
– Что…
– Над чем ты смеялся? – еще более четко проговорила Маша и уставилась на Женю. Она смотрела ему прямо в глаза, в которых светилось что-то непонятное, что слегка пугающее ее.
– Господи, Маша! Над собой я смеялся. Понимаешь? Мне нелепо было представить, что я катаюсь на коньках. А тут ты с таким серьезным лицом. Ну, просто не Машенька, а Мария Андреевна.
Маша звонко засмеялась, оперевшись руками о Женину грудь.
Тут на каток неожиданно и шумно въехала целая группа подростков. Что же им не купается как всем нормальным людям? Чего же их на каток-то потянуло в самом начале жаркого лета?
– Маш, может на сегодня хватить спорта? Ты уже замерзать начала.
– Нет, я не замерзла… Но, пойдем, – ответила она, проводив взглядом подростков, что катились к противоположенному от них с Женей борту.
– Пошли скорее в тепло. Как же ты только умудрилась замерзнуть, если все время каталась? – больше сам у себя спросил Женя. Маша ничего не ответила.
Ну, не станет же Маша ему рассказывать, что большую часть времени она не каталась, а наблюдала за его успехами. Очень аккуратно, даже он ничего не заметил.
Время уже близилось к вечеру, но на улице было еще светло. Пропущенный вызов от тети, Маша тут же ей перезвонила. Тетя Галя интересовалась, когда Маша придет домой. Просто они с дядей Колей задерживаются в гостях, а Марина вскоре должна прийти от подруги. Вот и вся информация.
– Странно как-то… Ты как считаешь? – спросил Женя, когда припарковался на том же месте рядом с Машиным домом, то есть у дома, где сейчас жила Маша.
– Что странно? Ты о чем? – не поняла его Маша.
– Наше с тобой знакомство. Ты же буквально бросилась под колеса машины, – задумчиво рассуждал Женя.
– И что странного? Ты на что намекаешь?
– Счастливый случай, – еле слышно проговорил он, уходя в свои мысли.
– Ага! Судьба, знак свыше, отсутствие выбора.
– Почему отсутствие? – зацепился Женя за фразу, которую расслышал.
– Не знаю. На ум пришло, – Маша открыла дверцу и вышла на улицу.
Ей захотелось постоять на улице, а не продолжать сидеть в машине, время в которой она провела за сегодняшний день неприлично много.
Женя с полминуты смотрел на Машу сквозь слегка затонированные стекла машины и решительным движением встал с места.
– Кажется, сегодня ночь будет прохладная… – задумчиво протянула Маша.
Женя понял это весьма своеобразно. Он подошел к Маше сзади и приобнял ее.
– Я не замерзла, – сообщила Маша, но не стала убирать от себя его руки.
– Маха!.. – удивленный возглас разнесся где-то рядом, врезался в каменные стены домов и улетел куда-то вверх.
Маша стояла, не пошевелившись и лишь изредка хлопая широко открытыми глазами, внимательно изучала невесть откуда взявшеюся Марину. Хотя, тетя Галя же говорила, что Марина ходила в гости к какой-то подруге.
Марина была удивлена не меньше, точнее ее изумлению не было предела. Она даже на какое-то время потеряла дар речи.
– Машенька, что-то не так? – слегка отстранившись в бок, чтобы видеть ее лицо, спросил Женя.
– Жень, это моя двоюродная сестра Марина. Ну, я тебе рассказывала. Марин! Марина! – окликнула ее Маша, – это Женя.
