– Ладно девушки, – убрав телефон в карман пиджака, произнес Женя, – посидели хорошо, но дела не ждут. Давайте работать.
Наташа первая как можно быстрее вылетела из кабинета, Елена Анатольевна задержалась убрать чашки.
– Елена Анатольевна, Наташа замечательный работник. Я думаю, что ей необходима премия, хорошая премия.
– Как скажешь Жень. Труд надо поощрять, – сказала Елена Анатольевна будничным тоном. Она могла быстро перестраиваться на рабочий ритм и поэтому от ее былого непринужденного состояния уже не осталось и следа.
Наташа не знала, как ей быть с полученной премией. То есть куда пристроить деньги она, конечно же, знала, но вопрос у нее был в другом, почему премию выписали только ей. В том, что другие работники фирмы продолжали дожидаться зарплаты и, не помышляя о доплате, она знала наверняка. Во-первых, получи кто-нибудь из них премию, об этом непременно узнали бы все сотрудники и, во-вторых, Наташа осторожно в разговоре намекнула коллеге, девушке чуть постарше ее, что не ожидаются ли какие-нибудь надбавки в ближайшее время. Та же пренебрежительно фыркнула и сказала, что от начальства ничего хорошего ждать не приходиться и остается лишь довольствоваться голой зарплатой, которую, опять же по ее словам, не уменьшают и то хорошо.
Наташа озабоченно вздохнула. Она знала, откуда дует ветер, но от этого ей только становилось еще больше не по себе.
Женя сидел у себя в кабинете и перечитывал один из договоров. Вдруг дверь кабинета распахнулась и внутрь быстрым шагов вошла Наташа. Женя мигом уловил волнение, которым она была охвачена. Он тут же отложил бумаги в сторону и внимательно посмотрел на девушку.
– Наташенька, у тебя что-то случилось? – поинтересовался он.
– Евгений Александрович, зачем вы это сделали? – только сейчас Наташа поняла всю глупость и нелепость своего поступка. Но было уже поздно, Женя сидел и ждал ответа на поставленный вопрос.
Более глупое положение, которое Наташа могла себе представить, уже случилось с ней. И опять, опять она начинает все делать не так, и вновь ее только-только наладившаяся жизнь ставиться под угрозу.
Как же порой сложно справиться с собой, во время себя остановить, чтобы потом не сожалеть о случившемся!
– Наташенька, – Женя встал с места и направился к девушке, – присядь и скажи мне, спокойно, чего я сделал?
Но Наташа лишь отшатнулась от Жени и, не желая садиться на стул, так уж вышло, чуть ли не прижалась к стене. Женя естественно ничего не мог понять и чтобы совсем не напугать девушку отошел от нее на приличное расстояние.
– Будто вы не понимаете? – Наташа всмотрелась в Женины глаза. Адекватно соображать было трудно, но ей буквально чудом, с большим трудом, удалось понять, что Женя, в самом деле, пытается понять, о чем она говорит. А значит, он ее не понимает.
– Наташа? Может, ты все-таки мне сейчас скажешь, что случилось?
– Зачем… то есть… – Наташа заволновалась, у нее стали путаться мысли, слова, – почему мне выплатили премию? Что это за деньги?
Женя с облегчением выдохнул. Оказалось, Наташина проблема и яйца выведенного не стоила. Вот девчонка, накрутила себя на пустом месте. Это же надо ведь было прийти с такого рода претензиями. Ведь по-другому, как выставление своего негодования, недовольства, и нельзя было сказать. А может она перетрудилась и ей необходимо отправиться в отпуск?
– Наташенька!.. Ну, в самом деле. Ты сама сказала, что это премия. А премия выдается за хорошую работу. Разве ты плохо работала в последнее время? – Евгений вновь уселся в свое кресло.
Наташа мельком успела подметить, что Евгений очень хорошо смориться в кресле начальника. Такой симпатичный, деловой мужчина. К тому же еще – молодой.
– Я?.. Но ведь и другие… – начала было она, как всегда недооценив свой труд.
– Другие типичные бездельники. Им бы только ничего не делать и зарплату получать. У них, если тебе это интересно, коэффициент полезного использования времени близок к нулю, – усмехнулся Женя, ему стало весело и легко.
– А разве есть такой коэффициент? – спросила Наташа. Слишком уж серьезно она отнеслась к Жениным словам.
– Не знаю, Наташенька. Не знаю. А может, чаю попьем? – предложил Женя, облокотившись о стол.
– Н…нет, спасибо. Извините. Я, пожалуй, пойду, – совсем смутилась Наташа и, поправив очки, неуверенно вышла из кабинета.
«Слишком уж скромная. Нельзя же так недооценивать себя. Тем более, что не только фигура прелестная, но и голова умная. Замечательное сочетание. Настоящее сокровище. И надо было только додуматься! Премия ее смутила! Вот ерунда-то какая!»
Только Женя так подумал, как у него зазвонил телефон и круговорот дел вновь понеся вперед.
