— Да я лучше с демонами подерусь! — выкрикнул кто-то.
— Я тоже, -честно согласился я.
— Охотники, воспринимайте этого человека как ветерана моей команды. Сейчас он расскажет очень странные вещи, но я лично ему по этому вопросу полностью доверяю, так что слушайте внимательно. Кое-что из того, что вы узнаете, не должно покинуть эту комнату. Если хоть слово узнают агенты бюро контроля монстров, я даже не рискну предположить, что с ним там сделают. Но можете быть совершенно уверены, и я клянусь в этом всем, что для меня свято, что я выслежу любого проболтавшегося до самого края мира, засуну руку в глотку и выдерну позвоночник через рот, — никто в комнате даже не пикнул. Харбингер говорил абсолютно серьёзно. Мои секреты точно были в безопасности. — Оуэн, расскажи нам всё.
Я стоял перед залом. Мужчины и женщины, для многих просто наёмники, но те, кого я знаю — настоящие герои. Я был одним из них, и я гордился авансом их уважения, но в то же время чувствовал себя неловко.
Я рассказал им свою историю. О Старике, нашей первой встрече после смерти в когтях мистера Хаффмана. Я рассказал о видениях, лорде Машаду и его пропавшей экспедиции. Я попытался как-то передать его жадность, безумные амбиции, ненависть и нечеловеческие страсти, которые помогли ему пережить всё то, что сломило бы и убило менее стойких людей. Я рассказал о Древних, покрытых слизью злобных доисторических тварях из-за пределов времени и пространства, их пророчестве и поисках скудоумного глупца, способного открыть врата и впустить их в мир. Я предупредил охотников и про Татуированного, древнего полевого командира, обречённого проклятьем защищать тёмный артефакт и его искреннее обещание убить меня.
Я прервался и рассказал охотникам про нашу гибель в Нэтчи Боттом. О битве с Проклятым за границами оков смертной плоти и том, как моя удача помогла высвободить мощь артефакта, смутить противника и временно перехватить контроль. Закончил я его предложением дать клятву верности в обмен на место в его царстве и в первый раз вслух рассказал про угрозы всем остальным, включая Джулию.
Я отыскал её глазами, и она чуть заметно кивнула, понимая мои страхи. Но её несгибаемая воля позволяла хранить спокойствие даже перед лицом таких угроз.
— Этому мудиле конец! — не выдержал Натан Шеклфорд и вскочил. — Я в него сам кол забью!
— Завались, Нат, — спокойно приказал старший Шеклфорд. — Ты перед дамами выступаешь. Это невежливо.
— Извини, дедушка, — он сел. Джулия улыбнулась.
— Спасибо, мистер Питт, — сказал Босс. — Это всё?
— Я боюсь, что да, сэр, — я взмахнул руками. Охотники начали переговариваться между собой, и командирам пришлось затыкать подчинённых. — Извините.
— Тебе не за что извиняться, сынок. Ты сделал всё лучшим образом, — он ткнул крюком в мою сторону. — Это всё, что требуется от мужчины.
— Да, сэр!
Харбингер снова встал. Я начал садиться.
— Не торопись, Оуэн, — прервал он меня. — Время для вопросов и ответов. У нас тут пятьсот лет боевого опыта на всех, и я хочу им воспользоваться. Может быть получится отыскать в головах здесь собравшихся клетку-другую мозговой активности и хоть что-то понять в нашей общей головоломке.
Вопросы посыпались градом. Охотники пытались найти в моих воспоминаниях, что-то такое, что мы упустили. Что-то, буквально что угодно, лишь бы встать на след врага и подарить ему немного старого доброго ультра-насилия. Охотники чем-то похожи на мины направленного взрыва, такие же целеустремлённые, только выведи их нужной стороной к противнику. Я пытался ответить на все их вопросы, но достаточно сложно что-то откопать в беспорядочных чужих воспоминаниях. Голова шла кругом. Долгий выдался денёк.
Харбингер собрал разрозненную информацию. Он встал перед картой, спиной к толпе. — Итак, мы знаем, что Проклятый в Алабаме или был там несколько дней назад. Оуэн видел его под землёй, но мы не знаем, пещера это, шахта или просто чей-то подвал.
— Королева эльфов упоминала, что он рядом с водой, — добавил Майло.
— Живи мы в пустыне, совет бы даже имел какую-то ценность — сардонически усмехнулся Сэм.
Я прислонился к стене. Меня как-то мутило. Наверное, стресс. Я прикрыл глаза. Пульс стучал как бешеный. Сердце колотилось всё чаще. Лёгкие крутил спазм. Я чувствовал себя так, будто меня вот-вот стошнит.
— Оуэн видел Татуированного в машине проездом через Монтгомери. Он тоже ищет Проклятого, — Харбингер обвёл рукой центральную Алабаму. — Но прошло столько времени, что он мог уехать куда угодно. Оуэн, он ехал в город или выезжал из него? И если да, то с какого направления? Оуэн?
Я не мог ответить. Рот пересох. Я не мог даже говорить. Ноги онемели и я скользнул по стене на пол. Свет в глазах померк.
— Оуэн! — выкрикнула Джулия.
— Ох, срань, — Харбингер поторопился ко мне. Он присел и ухватил меня за голову. — Держись! Оставайся с нами! Это приказ. Оуэн!
За ним я видел расплывчатые формы других охотников. Встревоженные, они вскакивали один за другим.
