— Мы пойдём быстро. На каждый вход нас мало. Полной зачистки не потянуть. Просто идите. Следите по сторонам. Не упускайте потолок. Не игнорируйте ящики. Ли, ты прикрываешь тыл. Я веду. Затем Питт, Трип и Ньюкастл. Готовы?
— Я поведу, — сказал я.
— Обоснуй!
— У меня дробовик. У тебя марксманка[27]. И меня не так жалко. Если ты поведёшь и тебя завалят, мы не выберемся, — и не думайте, что это какое-то рыцарство. Просто дробовик накоротке всегда уделает винтовку, тем более длинномер с оптикой под открытое пространство.
— Питт ведёт, за ним я, — согласилась она после короткого осмысления. — Вопросы?
Как по мне, стоило бы за плечи вторым номером кого-то из наших с машинками поставить, но Джулия пока не слишком доверяла их меткости.
Мы шли тихо, каждый по-своему готовился к бою в темноте. Ли прикрыл глаза и занимался дыхательной гимнастикой. Трип бубнил молитву. Холли нехорошо ухмылялась. Я проверил дробовик, пистолет и добил магазины на поясе.
Недолгое купание в океане хотя бы смыло основную часть дряни, которой меня угваздали на палубе. Остальные нубы уже просто смердели.
— Погнали, — Джулия хлопнула меня по мокрой спине.
На первой из палуб лампы ещё горели. На следующей пришлось уже полагаться на приборы ночного видения. Кто-то методично расколотил все источники света. Битое стекло в тесных стальных коридорах на каждом шагу хрустело под ногами. На дробовике у меня два источника света, один белый и ослепительно яркий, но сейчас я полагался на второй.
Глазом не разглядеть, а вот монокуляр ночного зрения «видел» его луч мощным снопом зелёного света. Остальная команда тоже шла в активном инфракрасном. В тепловом диапазоне охотиться на холодную нежить затруднительно. Эту часть снаряжения мы оставили на палубе. Не слишком-то она помогает, когда цель уже давно комнатной температуры.
Мы торопливо прошли через руины камбуза. Я держал ствол наизготовку, и поджимал локти, чтобы не цеплять стены. По кухонным столам гнила брошенная еда. Стены покрывали тёмные пятна. Через монокуляр не разглядеть, но я точно знал, что застывшая жидкость когда-то была яркого артериального цвета. Под ногами крутнулась и откатилась пустая бутылка.
Отсеки разгораживали водонепроницаемые переборки и возле каждого люка приходилось сбавлять шаг, чтобы не споткнуться о комингс[28]. Пока что все люки на пути оставались распахнутыми.
Звуки выстрелов резонировали в стальных коридорах и воздуховодах. Хороший знак. Наши товарищи ещё живы. Мы прибавили шаг. Судя по чертежам, остался только спуск на палубу ниже, какие-то отсеки, длинный коридор и мы точно над машинным. От эха приглушённого взрыва мы дёрнулись. Гулкие раскаты прогрохотали через весь сухогруз. На камбузе за спиной аж посуда в подвесах зазвенела.
— Бомба? — спросил Трип.
— Не возьмусь гадать, — ответила Джулия.
— Надеюсь, мы не утонем, — мрачно добавил Ли.
Ботинки грохотали по металлу лестниц на бегу. Мы торопились на следующую палубу. Время скрытности прошло.
Я вышел на углу с каютами экипажа. Свет вдаль по коридору, затыльник приклада уже на плече. Длинный узкий отсек наполняли двухэтажные койки. Распечатки порно на стенах через прибор ночного видения смотрелись довольно сюрреалистически. Везде раскиданы одеяла и мусор. Я поднял руку и просигналил остановку. Впереди что-то было.
Джулия встала рядом, оружие уже наизготовку, я слышал её тихое дыхание. Кто-то лязгнул о переборку, споткнувшись в люке. Что-то было в комнате рядом с нами. Я это чувствовал.
И ничего.
Группа продолжала заливать помещение невидимым светом. Я не мог ткнуть пальцем в подляну, но точно знал, что та есть.
Джулия поняла то же самое.
— Смена диапазона, — приказала она. — Долой ночники. Белый свет.
Мой «Шурфайр»[29] на 120 люмен ярко полыхнул из-под ствола дробовика. Ослепительный свет залил комнату с пяти точек.
Монокуляр ночного зрения имеет достоинства, если сравнивать его с очками, но есть и недостатки. С одной стороны, второй глаз полностью открыт. Поле зрения шире, зрачок адаптирован к темноте, а яркий зелёный свет ночника в другом глазу благодаря чудесам работы мозга накладывается поверх темноты для пары глаз сразу. Да, в полноценных очках лучше с ночным зрением, но если те откажут, ты временно слеп. Это означает, что при всех достоинствах монокуляра, в обратной ситуации, если без подготовки зажечь яркий свет, ты временно слепнешь на один глаз.
Так что у нас после включения света остался всего один рабочий глаз и один болезненно прищуренный на каждого стрелка. Вот почему крадущийся по металлическому подволоку[30] вампир так сюрреалистически выглядел. Обычный матрос, бледный и непокорный силе тяжести, но в остальном человек.
Я среагировал на долю секунды быстрее команды. Вкатил ему два заряда, один в грудь, следующий в таз. Дробовик рокотал оглушительно, но выстрел М14 Джулии над ухом громче. Её пуля разбила вампиру плечо. Тварь упала на пол, и мы успели вкатить ей по новому выстрелу ещё в полёте. Товарищи за спиной через нас стрелять не могли.
