Как от его теплой кожи пахло ветивером, м-м-м… Алис зажмурилась и легко провела языком ему под линией челюсти. Марк издал такой короткий сдавленный вздох, что она невольно улыбнулась, – ощущение власти над ним так заводило. Она и вправду может делать с ним такое?
Он вдруг приподнялся, рывком подтянул ее ближе к себе, и она сама не поняла, как уже развела ноги и почувствовала его между своих бедер. Звякнула пряжка ремня, Марк чертыхнулся, отогнув мешающий край. Краем сознания Алис ухватила мысль, что ведь он до этого снимал джинсы, хотел снять, они были расстегнуты, и значит… Всего через тонкий слой ткани она чувствовала прижавшуюся между ее раздвинутых ног горячую и твердую тяжесть. Марк наклонился к ней, дыхание у него тоже было обжигающегорячим, поцеловал ее в шею, потом ниже… И скользнул рукой ей под футболку. Осторожно.
– Так… хорошо? – выдохнул он.
– Да…
Алис вся обратилась в ощущение. Как в красной комнате, когда он в первый раз так ее коснулся. Накрыл ладонью ее обнаженный живот. Его теплая рука, надавливающая и поглаживающая одновременно нежно и уверенно – именно там, где Алис сама… Почему-то именно низ живота у нее всегда был таким чувствительным: она открыла это случайно и, когда самостоятельно пыталась добиться разрядки, обычно свободной рукой гладила как раз это место. А теперь Марк… Алис не удержалась от тихого стона.
– Нравится?.. – довольно шепнул он, то ли спрашивая, то ли констатируя факт.
Его ладонь скользнула чуть выше, и Алис почему-то вздрогнула. Физически ничего не изменилось, но внутри неожиданно вспыхнула паника.
Мысли вдруг завертелись в мучительном водовороте: Марк хотел сделать ей хорошо, хотел ее расслабить и разогреть, чтобы… Он только и ждет, когда она наконец уже согласится, он старается, потому что хочет перейти к сексу, он…
Отказать ему сейчас, признаться, что не готова, означало снова почувствовать это невыносимое отвержение. Свою ненормальность. Унижение оттого, что она не может быть такой, как все. Деффективная Алис Янссенс.
Возбуждение отступило, стало холодно и тоскливо. Отчаянно горько. И Марк тут же отодвинулся, внимательно глядя на нее сверху.
– Что случилось? Тебе больно? Неприятно?
– Нет. – Алис едва не всхлипнула от обиды. От злости на себя. Ну почему? Почему она не может… как нормальные люди! – Продолжай, я просто…
Марк молчал, ничего не спрашивал, просто осторожно откатился в сторону, и она уже больше не смогла.
– Я не могу так! – выпалила Алис расстроенно. – Я… я… ты ждешь, что будет дальше, а я… когда я думаю, я…
Марк вздохнул и обнял ее.
– Черт, я уже испугался, что переборщил. – Он поцеловал ее в висок. – Ничего такого я не ждал. Тем более не с мадам Дюпон под дверью.
Алис нервно фыркнула.
– И торопиться нам некуда. Мы просто… получаем удовольствие, разве нет?
– Да…
– Тут нет какой-то цели, Алис. Никаких обязанностей или ожиданий. Никакого сценария. Отчета на «отлично». Правильно проведенного расследования. Раскрытого преступления.
Она снова фыркнула, чувствуя, как слезы уходят и прежнее расслабленное состояние постепенно возвращается.
– Просто тебе приятно, мне тоже. И все, – закончил Марк.
– А ты… – начала она.
– А я, пожалуй, оденусь и ретируюсь через окно.
Он поднялся, застегнул джинсы и нашел свалившуюся под плед футболку. Алис смотрела, как он одевается, и не могла им не любоваться. Все внутри замирало от радости и гордости, от темного и сладкого собственнического чувства – ему было с ней хорошо. Он не ждал, что она будет как Одри или Сандрин, что станет умелой и раскрепощенной. Марк хотел именно ее и был готов с ней возиться. Он ее выбрал. И не собирался отвергать только потому, что она оказалась не такой, как все.
Тогда Алис просто не могла ему поверить. А сейчас…
– Кстати, как твоя нога?
Она попробовала повертеть ступней. Боли почти не было, связки немного тянуло, но ощущение стало совсем другим – словно все уже заживало.
– Кажется… намного лучше.
– Дай-ка я посмотрю. – Марк присел на кровать, взял ее ногу и, уложив к себе на колени, осторожно ощупал. – Действительно лучше. Где мазь?
– На тумбочке.
Он размотал бинт, набрал немного мази и втер в кожу, а потом снова туго забинтовал.
– Отлично. – Марк переложил ее ногу на кровать, а потом потянулся и поцеловал Алис в лоб. – Так, надо как-то соблюсти приличия, чтобы мадам Дюпон ничего не заподозрила. Так что мне придется потом… зайти как ни в чем не бывало через дверь. И мы чинно сядем читать и обсуждать дневник.
Алис улыбнулась. И правда как подростки. А подростки пробуют. Экспериментируют. И она тоже будет пробовать, открывать, учиться. Двигаться постепенно, шаг за шагом.
– Не ожидала
