– Мне нужна телега, – поведал свой план Меннерс, – и чтобы кто-то девчонку схватил и притащил туда, а потом мы вывезем ее в развалины на окраине Каперны и там… порезвимся с ней, все втроем. А как закончим, я вам еще деньжат накину, идет?
Меннерс знал, что они не откажутся – деньги почти даром шли им в руки. Он прекрасно понимал, что эти ребята в своей жизни проворачивали делишки и похуже и всякий раз выходили сухими из воды. А ему, Меннерсу, не хотелось самому марать руки. Хоть и не был он добропорядочным гражданином, все-таки в совсем уж крамольных делах не замечен. Да и потом жена у него, трактир опять же – нужно поддерживать какую-никакую, а репутацию семьянина и торговца. Поэтому поручить грязное дело тем, кто по уши в грязи, – самое то.
Однако прощелыги, сидевшие с ним сейчас за одним столом, не спешили бросаться в омут с головой ради пяти монет.
Пит осторожно спросил:
– А где мы должны будем ее схватить?
– Да, – поддержал подельника Билл, – телега-то у нас была возле базара припрятана. Не хотелось бы девчонку через всю Каперну тащить. Да еще и днем.
– Именно, – проговорил Пит. – Нам бы ее куда поближе выманить.
– Ну, раз в неделю ее папаша ходил за покупками, – начал Хин Меннерс. Он уже давно приглядывался к Ассоль, изучал ее привычки и занятия ее отца, ведь могучий Лонгрен был серьезным препятствием на пути к его цели. А тут сама судьба сюрприз сделала, погрузив старика-смотрителя в беспробудный сон и оставив Ассоль без защиты. Это значило, что все обязанности по дому лягут на нее, закупка провианта тоже. – Теперь пойдет она, там-то мы ее и цапнем.
Пит расплылся в похабной ухмылочке.
– Моя троюродная кузина Петра когда-то училась с этой Ассоль в одном классе. – Он гоготнул какому-то своему воспоминанию и добавил: – Ровно два дня! Но Петра до сих пор ее на дух не переносит. А ее подруга Люси и вовсе пострадала от этой полоумной Лонгрен. В первый же день на уроке чтения Люси отвечала, но Ассоль сказала, что та неправа, потому что Ассоль, видите ли, читала сказку, о которой зашла речь, и там, мол, такого не было. Учительница согласилась с ней и поставила Люси неудовлетворительную оценку. А Люси ведь дочь хозяина торгового дома, разве она могла такое вынести? Учительницу ту уволили с волчьим билетом, Ассоль выгнали из школы, но Люси все не может забыть свою обиду.
– И что ты хочешь сказать? – Меннерс уже начал догадываться, к чему тот клонит.
– А пусть и девочки повеселятся: заденут ее, раззадорят. Ассоль расстроится, будет не в себе, и тогда нам легче будет ее взять.
На том и порешили.
Когда Хин Меннерс-младший вышел проводить своих новоиспеченных подельников, его удивил туман, наползавший на Каперну. В сладковатом аромате, разлитом в воздухе, было что-то дурманящее и зловещее…
«Сегодня я отлично поспала. Мне снилась мама. А что происходило в Каперне – представления не имею. Но утром ощутила в воздухе странный запах – так пахнет пригоревшее варенье. Этот аромат буквально въелся в песок и камни, поэтому утро не несло свежести, а рождало в душе непонятную тревогу…»
Сливаться с городской толпой Грэй умел отлично, как и втираться в доверие, мгновенно заводить друзей, производить нужное впечатление. Шарм, обаяние, манеры, внешняя привлекательность, умение поддержать беседу на любую тему – и вот уже старушка, которой он помог донести корзинку с жирным гусем до повозки, выбалтывает ему все о соседях и знакомых, башмачник делится табаком и последними сплетнями, и даже констебль норовит быть полезным «простому собирателю историй».
Грэй искал, вынюхивал, ловил след. Гуингар в этот раз попался необычный, он будто дразнил, играл, но оставлял знаки и подсказки.
