– Спасибо, дружище, – сказал тихо и искренне, внутри счастливо защемило от такой глубокой привязанности. – И, – переключился на Циммера, – когда это я садился на рифы?
Оба дружно рассмеялись. Однако их веселье нарушил гомон, доносящийся с палубы.
Циммер недовольно проворчал:
– Пойду разузнаю, что там за шум? Может, пока ты тут валяешься, команда взбунтовалась. Кому нужен капитан-лежебока?!
Грэй улыбнулся, на сей раз тепло и довольно. Циммер умел его подбодрить. Подмигнув, маг исчез за дверью каюты, а Грэй обеспокоенно завозился. В душу прокралось дурное предчувствие… и не обмануло.
Циммер вернулся странным и взволнованным:
– Там настоящее светопреставление! – заявил он, опускаясь на стул возле койки Грэя.
– Не томи уже, рассказывай… – поторопил «серый осьминог», устраиваясь поудобнее и готовясь слушать.
– Да, собственно, рассказывать нечего. Просто целая флотилия плывет в Каперну.
– Любопытно… И что же такое могло их привлечь? Каперна – не самое веселое место.
Циммер махнул рукой:
– Глупости… чушь…
– И все-таки… – Грэй вопросительно приподнял бровь.
– Большой Огонь, – неохотно выдал Циммер, – древнее и не очень умное суеверие.
Грэй напрягся. Даже его отец, король Ангелонии, лично выступал против этого мерзкого рудимента. Нужен был крайне серьезный повод для того, чтобы развести подобный костер.
– И по какому поводу решили огонек зажечь? – поинтересовался он вкрадчиво.
– Говорят, собираются сжечь ведьму…
Грэй подскочил, как ужаленный, наплевав на свое плохое самочувствие, потому что его озарила ужасная догадка.
– Мне нужно на палубу… – сказал он, вцепившись в изголовье кровати, – хочу… видеть… сам…
– Исключено! – поднялся ему навстречу грозный Циммер. – У тебя строгий постельный режим.
– Плевать… отведи…
Циммер знал, что спорить с Грэем бесполезно. Поэтому сделал то, что мог, – подставил плечо и помог другу выбраться на палубу.
Грэй замер, пораженный зрелищем. Боты, лодочки, ялики, полные веселых, нарядно одетых людей, проплывали мимо «Секрета».
Капитан окликнул ближайшее суденышко, и его пассажиры, перебивая друг друга, взахлеб объяснили: мол-де, в Каперне завелась ведьма. Она накликала на поселок большую беду, из-за нее погибло много славных людей.
– А прикидывалась, говорят, невинной овечкой! – возмутился рулевой, махнув рукой в сторону видневшегося маяка: – За маяком тамошним присматривала… Сказывают, она собственного отца опоила чем-то, что бедняга уснул и только недавно пробудился… А сама, – мужчина перешел на торжественный шепот, – с морским дьяволом путалась. Одно слово, ведьма!
Женщины, бывшие с ним в лодке, заахали и замахали на него руками, словно отгоняя нечистого. Грэй же на месте подпрыгнул, когда наконец дошло, о ком речь.
Ассоль! Он все-таки погубил ее. Умирать вздумал, а последствия не просчитал.
Схватившись за борт, чтобы не упасть, он повернулся к Циммеру и сказал тоном, не терпящим возражений:
– Мне нужно самое мощное зелье из всех, что у тебя есть. Мы немедленно отплываем в Каперну, и я должен быть во всеоружии.
– А больше тебе ничего не надо? – съехидничал Циммер, делая вид, что записывает распоряжения в невидимый блокнот.
– Надо. Алые паруса. Сможешь? Только учти – цвет надо именно алый. Чистый, яркий. Самый алый, какой ты только можешь себе представить. И непременно шелк! Самого высокого качества!
– Грэй, яд гуингара сказался на твоих умственных способностях? – с притворной заботой поинтересовался Циммер. – Тебе следует лежать в постели, ровно, как линия на листе. Я и так сделал почти невозможное – отбил тебя у старухи с косой.
– Значит, сделай совсем невозможное. Я прошу немного – всего-то несколько часов. Завтра до рассвета. А потом я снова твой пациент.
– А потом ты труп.
– Это мы еще посмотрим, – упрямо заявил Грэй, выпрямляясь и гордо вскидывая голову.
Однако добраться до каюты гордец сам не смог.
Пока Циммер колдовал над зельем, Грэй так быстро, насколько позволяли силы, облачился в форму главы «серых осьминогов».
Вскоре зелье было готово и удалось на славу: лишь пригубив его, Грэй почувствовал небывалый прилив сил.
Не беда, что Циммер недовольно ворчал и грозил тем, что Грэю такой эксперимент дорого обойдется. Тот знал, что теперь задуманное получится.
И когда «Секрет», приосанившись, наполнил алые паруса ветром, Грэй встал к штурвалу и направил свой корабль в Каперну.
В этот раз он не собирался таиться.
Ассоль тоже смотрела на чудесный корабль, который под алыми парусами заходил в порт. Смотрела и не верила. Она так долго ждала, так упрямо надеялась, так беззаветно верила, что теперь не осталось сил даже на скупую радость. Зачем он теперь, когда того единственного, кто ей так нужен, больше нет?
Мечты лгут, отныне Ассоль это знала точно.
И было не больно, уже почти не больно. Только смешно и немного грустно. Равнодушно взирала она на игру солнечных бликов в лужицах керосина, которым был облит хворост под ней и ее одежды.
