"Рыжий мерзавец, он сказал, что я извращенец, а как тебе это" -
Верит!!!!
Громко выплюнув, взвился в гневе Мэрл,
"Что съел старый маразматик, не знаешь, где забыл свою кружку"?
Внезапно они замолчали, обиженно глядя друг на друга.
Извини, я действительно уфди.
Сказать такое гному, было равносильно подписанию смертного приговора. И действительно бородатый учитель едва справился с залившей его щеки краснотой, ошарашено глядя на ученика. В голове вертелось только одно – «и где он таких слов набрался?» Молча допив остатки огневиски полез в подземный проход.
Даммаз ванрак.
Бараз анад.
Эхом отзывался Мэрл пообещав отомстить за все обиды гномов и разбил бутылку на мелкие осколки. Над ухом зазвенел колокольчик.
Мэб.
Хазкал.
Я и с тобой должен говорить на подземном наречии?
Нет, просто мне понравился урок. Ты овладел манерой разговора гномов, а это значит, мы приобрели новых союзников. Пора прекращать уроки гномоведения – сопьёшься ты у меня.
Королева извлекла из воздуха прозрачный хрустальный кувшин и перелила его содержимое в высокий бокал мальчика.
Давай за свою маму.
Мэрл послушно проглотил пахнувшую лягушками отрезвляющую жидкость и благодарно поцеловал запястье феи.
Ты лучше, чем она.
Золотистый рукав слегка сдвинулся вверх, когда Мэрл припал щекой к её ладони ласково прикасаясь губами, довольно потерся.
Э нет, - тихонько засмеялась королева Мэб, - твои фокусы здесь не пройдут. Кружи головы будущим подружкам, мне второе тысячелетие стукнуло и ты думаешь, что сможешь обольстить старуху?
Ты не старуха.
Лжец, я присутствовала при твоем первом рождении, наблюдала и за вторым. Я подала руку, когда ты делал первые шаги, прошептала первые слова, обучила магии, а теперь ты пытаешься играть мною?
Она с любовью притянула к себе крестника, отмечая, как со времени их первой встречи, он изменился: подрос, узкие плечи расправились, движения стали изящными и уверенными. Он выглядел значительно старше своего возраста, что было закономерно. Учитывая условия его жизни среди фей. Нельзя было отрицать: он был красив, умен, образован, но что скрывалось внутри, оставалось загадкой.
Проклятый эльф.
Она подозревала, - это будет ошибкой, но все же, не могла отказать им в общении. Мерлин все годы крепко держался за край плаща длинноухого, и королева немного ревновала. Особенно когда тот затараторил на эльфарине, непонятном ей. Потом был синдарин, аварин, телерин. На высоком эльфийском наречии мальчик заговорил только к семи годам, и квенья сразу стал его родным языком. Часами он беседовал с эльфом, а она не знала о чем, это злило. Мэб срывалась, выговаривая Мерлину, за излишнее увлечение магией эльфов в ущерб другим, но он только молча указывал ей на робких домовиков, что неслышно сновали по покоям. И качал головой, с витиевато заплетенными косами, тоже чисто эльфийской прической.
Она не выдержала. В последний момент, когда дрезина начала набирать ход Гермиона отстегнула мешающую ей мантию и спрыгнула вниз. Бросилась бегом за прицепом, уносящим сына и почти догнала, медленно набирающий скорость экипаж, как длинный шлейф её платья зацепился за выступ шпалы. Она резко остановилась, лихорадочно дергая кружевной край из плена грязных камней, неловко покачнулась и упала, захлебываясь в рыданиях. Теперь ей оставалось только ждать.
13
Дорога.
К концу пути на прицепе остался только Мерлин, с видом отличника он сидел, гордо выпрямив спину, сложив руки на груди. Громадина тролль испуганно вздрагивая, гнал дрезину из всех сил. Правый бок его был изорван в клочья и едва присохшая рана постоянно сочилась темной кровью от резких движений. Мимо пролетали заросшие густым лесом косогоры, серые поля, маленькие деревеньки, их жители. При виде волшебников Мэрл дергался, пытаясь спрыгнуть с платформы, но каждый раз стальное кольцо наручников плотно врезалось ему в запястье.
"Дурак, идиот, полное ничтожество. - Хватит? Пожалуй!- Едем два дня, а я уже всех выпил"!
Последней ночью Мэрл сбросил, где-то на повороте третье, измочаленное им тело и приуныл. Сколько еще дней он пробудет в дороге неизвестно, из провизии остался только тролль, а у него желудок плохо переносит густую, вонючую кровь. Вспомнив про кровь, Мэрл осторожно подобрал длинные волосы и свесил голову к бешено вращающимся колесам, его стало рвать.
Меж густых крон дубовой рощи, мелькнуло озеро.
Оr yuliё.
Протяжно застонал теперь единственный представитель магического Лондона.
Че?- не понял тролль, произнесенной просьбы на благородном квенья.
Sogo!
Че? – синдарин тоже не впечатлил.
Мэрл вобрал в себя побольше воздуха и прорычал на изначальном языке горных троллей.
Пить хочу, - и совсем без перевода грязно выругался, на чистейшем ирландском диалекте.
У того даже руль дрезины выпал из рук. Не колеблясь, тролль быстренько освободил мальчика и подвел к озеру. Мэрл опустился на колени, зачерпнув ладонью темную воду. Прошептал.
Nen, nennua.
