Перестав подскакивать пробежался по всему периметру камеры и толкнул близнеца в спину. Чу страдальчески поднял глаза к потолку, он все еще не понимал какую комедию разыгрывает подопечный, но старался не портить ему сценарий. Мэрл откровенно раздражал близнецов; значит для чего-то это ему было нужно. К вечеру, и Чу сдался.
Слышь Уби, - он намеренно назвал близнеца уменьшительной кличкой, - дай ты ему по шее, пару раз.
Того не пришлось просить дважды, с рычанием огр бросился на малыша.
Смеясь и еще не понимая грядущей опасности, Мэрл игриво подскочил к нему, строя на ходу уморительную рожицу как получил звонкую затрещину. По щеке потекла кровь, малыш скривился и заплакал. Бросившись прочь.
Давно нарывался, - удовлетворенный Уби, еще добавил ему пинка в спину, так что мальчик пролетел несколько шагов и упал на Аааа. Тот странно дернулся и вдруг обнял плачущего обеими руками.
Он, - рыдал в плечо Мерлин, указывая пальцем на обидчика, - он ударил меня!
И все плотнее прижимался к бинтам друга, выплакивая ему в грудь, свое малюсенькое горе. На полудетском лице горел румянец. Порыв ветра, непонятно откуда взявшись, задул единственный факел. Стало холодно. Чу подскочил к двери и заколотил в нее, требуя огниво. Суетливый гном не растерявшись быстро чиркнул кресалом высекая искры.
На полу лежали неподвижно двое Мэрл и Аааа.
С того происшествия мальчик словно пришел в себя, оставив ребячливое поведение, к радости старосты принялся за учебу. Хотя, ближе к новому году, опять дал повод беспокоиться о нем. На этот раз, его поведение изменилось еще более странно. А началось все, вечером.
20
Опять Локи.
Эй длиннопатлый, - в камеру заглянул гном, указав толстым пальцем на Мерлина, - Выходи.
Мэрл удивленно вскинул брови и оглянулся на друзей. Те старались не смотреть, ночь только начиналась, и было прекратившиеся после печального происшествия опыты, вновь заявили о себе. Каждую ночь одного из них уводили в лабораторию, мальчишки старались не особо распространяться, что происходило там, и больше отмалчивались, тупо кивая на вопросы.
Но, Мэрла повели в противоположную от исследовательского центра сторону, они прошли в жилые помещения гномов. Миновали разбухшие от подземной влаги ворота и очутились в маленькой каморке, служившей местом отдыха. Теснота комнаты бросалась в глаза, упёршись в противоположные стены, почти половину пространства занимала грубо сколоченная из старых чурбачков кровать, под теплым ватным одеялом. Вплотную к изголовью был придвинут такой же основательный стол, под ним широкая табуретка. Мэрл осмотрелся: очаг, завален потухающими углями. На разогретой поверхности сидел задумчивый Локи, он пересыпал в горстях мелкие камушки и встретившись взглядом с Мэрлом, довольно усмехнулся. Мальчик не торопился начать разговор. Он прошел комнату, так же задумчиво облокотился о стену. Гном хрюкнув, понял что лишний, тихонечко вышел притворив дверь. Собеседники продолжили дуэль молчания. Наконец Локи произнес вместо приветствия.
Хорошо выглядишь, в сложившихся обстоятельствах.
Мэрл теперь получил возможность ответить.
Я тоже рад видеть тебя. Что привело грозного бога огня к бедному Мерлину?
Локи хитро прищурился.
Льстить ты не разучился. Но отложим церемонии. Я первый, кто прорвался сквозь их границу? Нет, не говори, будто я обставил длинноухого. Да, божественные способности имеют свои плюсы, - задумчиво протянул, достав из узкого кармана округлую коробочку из зеленой, узорчатой яшмы, бросил воспитаннику через пространство комнаты.
– Подарок!
Мэрл знал что там, но не удержался, поддев ногтем крышку, быстро откупорил презент и выбрав самую длинную иглу, ввел себе в вену.
Я люблю тебя Локи.
Я тоже сладкий, наслаждайся.
С удовлетворением заметил, как мальчик закинул голову и закрыл глаза. Выбравшись из очага, приблизился вплотную, ласково приник к воспитаннику. Губы нашли восхитительную ямку за ухом. Локи жмурясь, осторожно лизнул кожу мальчика. Тот пропустил по губам змеиную улыбку.
Я скучал, - тихо прошептал Локи, теперь более не сдерживаясь, заскользил руками по плечам, и груди подопечного.
Тот едва слышно застонал и подался назад. Затуманенные наркотиком глаза лукаво вспыхнули, позволяя ласкать себя, Мэрл растворился в настойчивости бога огня. Становясь мягок как расплавленный воск, едва отвечая на все более смелые прикосновения, водил слабой рукой по лицу Локи, царапая обломанными ногтями. От слабой боли Локи, потерял голову. Теперь уже мальчик перешел в наступление, в свою очередь легкими едва заметными поцелуями щекотал шею. Локи задыхался, резко притянул к себе худое тело.
Проси у меня что хочешь, только не останавливайся.
