– За счёт заведения. – Бармен поставил перед ней запотевший стакан и вернулся к своим делам.
В бармене было что-то отталкивающее: в его взгляде, в расстёгнутом вороте чёрной рубашки, в ловких движениях. При виде таких мужчин нутро обычно кричит:
Грейс поднесла напиток ко рту, принюхалась и сделала глоток: на вкус было неплохо. Она кивнула бармену, поднялась со стула и прошла к сцене между столиков. Спиной Грейс чувствовала его взгляд.
В бумажнике обнаружилось несколько десяток. Грейс неуклюже достала их, расплескав немного коктейля на себя, и улыбнулась, когда Иванка подошла к ней и села на край сцены. Танцовщица оттянула резинку трусиков, но Грейс вложила деньги ей в ладонь: засовывать банкноты в бельё казалось ей унизительным. Но Иванка не испытывала неловкость из-за того, что её стринги напоминали рождественскую ель в мишуре. Она сжала ладонь Грейс в своей и спрыгнула со сцены.
– Хочешь танец, красотка? – спросила она с сильным восточноевропейским акцентом и повела Грейс за собой в одну из комнат для приватных танцев.
Грейс оставалось только кивнуть и идти за ней, удивляясь, как Иванке удаётся ходить в такой обуви.
В комнате было приглушённое освещение, удушливо пахло сладким парфюмом, виски и кожей. Грейс опустилась на мягкий диван и поджала губы: она решила, что утром сдаст костюм в химчистку. Ей не хотелось задумываться о том, кто здесь сидел до неё.
Из основного зала сквозь закрытую дверь доносилась музыка и мужские голоса. Иванка наклонилась над айподом, подключённым к колонкам, перебросила длинные наращенные волосы на одно плечо, помахала ладонью перед лицом и включила какой-то расслабляющий, медленный трек.
– Жарко здесь, правда? – Она обернулась к Грейс и подошла ближе.
– Да, – сдавленно прошептала Грейс и не узнала собственный голос.
Она достала телефон из кармана и почувствовала, как по спине к пояснице скатилась капелька пота.
– Если хочешь снимать – сотня сверху, – предупредила Иванка и потянулась к застёжке бюстгальтера.
– Я не… Не нужно. – Грейс схватила её за руку, останавливая. – Я хочу поговорить.
– Поговорить? Здесь? Здесь обычно другим занимаются.
– Я знаю. – Грейс включила диктофон и положила телефон на диван. – Меня зовут Грейс Келлер, я детектив из полиции Сиэтла. Я хочу поговорить о Кэтрин Донован.
– Что-то не так с Кэти? – Она побледнела, замерла, как оленёнок в оптическом прицеле, и осела на стул, предназначенный для танца, напротив Грейс. – Я давно о ней ничего не слышала. – Иванка посмотрела на свои руки и принялась сдирать лак с кончиков длинных ногтей.
– Мне очень жаль, Иванка, тело Кэтрин обнаружили несколько дней назад недалеко от города Фолл-Сити. Кэтрин была убита.
– Убита? – Тревога на её лице сменилась непониманием, но глаза уже наполнились слезами.
По телу Грейс пробежал холодок. Пот внезапно стал холодным и липким. Её сковал страх. Грейс поразило то, как быстро, почти мгновенно, Иванка приняла новость о смерти подруги. Наверное, когда работаешь в этой сфере, ты всегда ожидаешь чего-то такого. Чего-то ужасного, что может случиться с тобой или с твоими коллегами. Работая в полиции, Грейс постоянно чувствовала нечто похожее.
– Мне очень жаль, но да. И мне очень нужна ваша помощь. – Грейс наклонилась вперёд и поджала губы.
Иванка закрыла лицо руками и расплакалась – громко, хныча как ребёнок. Грейс внезапно захотелось накинуть ей на плечи свой пиджак и увести из этого места навсегда. Она и была вчерашним ребёнком: на вид казалось, что Иванка едва ли старше Холли.
– Простите, – пропищала она, вытирая следы туши под глазами костяшками указательных пальцев.
– Ничего страшного. Я хочу, чтобы вы помогли мне найти того, кто это сделал. Вам просто нужно ответить на несколько вопросов.
Иванка всхлипнула, глубоко, шумно вздохнула и несколько раз кивнула.
– Когда вы в последний раз видели Кэтрин?
– В пятницу, пятнадцатого сентября. После смены мы обычно сидим в гримёрке, приходим в себя, смываем макияж, обсуждаем мужчин, пересчитываем наличку. Ну, знаете… Но в тот вечер Кэтрин ушла ещё до полуночи. Большинство девочек ещё были на сцене и с посетителями. Я вывихнула запястье на пилоне, поэтому в тот вечер сидела в гримерке одна, когда вошла Кэти. Она бросила деньги на столик, попросила передать их Зейну, смыла макияж, переобулась и ушла. Кэти просто накинула плащ, даже не стала переодеваться.
– Она говорила, куда собирается пойти?
– Упомянула вскользь, что у неё встреча с кем-то.
– Но не сказала, с кем именно?
– Нет.
– Вы знали, что у Кэтрин была дочь, которую она отдала на удочерение? – Грейс нахмурилась, думая, сколько по времени прокурор будет рассматривать её просьбу об ордере на записи с камер видеонаблюдения.
– Харриет? Конечно. Она без умолку о ней говорила.
– А что она говорила об отце Харриет?
– Тони? Я видела его пару раз. У них были непростые отношения, но Тони… – Иванка пожала плечами и выдохнула, надув щёки, и в этот момент показалась Грейс совсем ещё девчонкой.
