Она надеялась, что офицеры зачитали Дину его права при аресте, чтобы в последующем у них не возникло с этим проблем. Грейс никогда не умела делегировать, ей было проще делать всю работу самой, чтобы не переживать о том, как она будет выполнена, но она старалась учиться, вспоминая свой путь и как ей не хватало работы в самом начале. У них была возможность разговорить Дина до приезда адвоката, ей не хотелось тратить время.
Дин выглядел слишком самодовольным и спокойным для парня, задержанного за изнасилование. Он был привлекательным: высокий, гораздо выше среднего, в хорошей физической форме, с каштановыми волосами, торчащими в разные стороны. Он сидел за столом в пижамных штанах и в растянутой серой майке с глубоким круглым вырезом. Образ обаятельного разгильдяя завершали слегка потрёпанные «Найки» на ногах и помятое лицо. Он был типичным «плохишом» с добрым сердцем из подростковой мелодрамы, в которого влюблены все.
Грейс решила, что тоже запала бы на него в шестнадцать. Но ей было вдвое больше. Она знала, что, в отличие от «плохиша» из мелодрамы, сердце Дина не было добрым, он не плакал втайне ото всех над «Дневником памяти», не помогал собачьему приюту, не играл на пианино, не скрывал свою ранимую душу под маской негодяя. Он был обычным наглым ублюдком, верящим в то, что деньги отца могут решить все проблемы. У него не было никакой души.
– Я что-то опять натворил? – Дин усмехнулся и сложил руки на груди, приняв максимально закрытую позу.
– Тебе должны были предъявить обвинения и зачитать твои права. – Внутри у Грейс что-то оборвалось.
Её бросило в жар. Если офицеры совершили ошибку, она дорого им обойдётся.
– Ага, я запутался где-то между «бла-бла» и «бла-бла-бла». – Он демонстративно зевнул, прикрыв рот ладонью.
– Смешно. – Джеймс улыбнулся и взглянул на него. – А теперь давай немного серьёзней. – Выражение лица у Джеймса было доброжелательным, но тон и взгляд – ледяными. – Я детектив Нортвуд, со мной детектив Грейс Келлер.
– Мы хотим поговорить о Джейн Мэддокс. Нам нужно задать тебе несколько вопросов, – объяснила Грейс.
– О девчонке, которую убили? А я-то тут при чём? – удивился он. – Знаете, кое-что из задержания я помню. Офицеры сказали мне, что я имею право на адвоката.
– Безусловно. – Грейс кивнула. – Но адвокат тебе не поможет. Мы знаем, что произошло. Расскажи, что ты делал в пятницу вечером. И учти, что нам нужна правда.
– Я был на вечеринке. – Внешне он оставался спокойным, но Грейс понимала, что формулировка «Мы знаем, что произошло» слегка пошатнула его уверенность в себе, возможно, он сейчас лихорадочно пытался вспомнить, какую мог допустить ошибку.
– Да, на ферме в Плезант Хилл, где изнасиловал Джейн Мэддокс.
– Что? – Эллисон развернулась к Дину. Её рот был приоткрыт, а брови нахмурены. Она глупо хлопала ресницами, не веря словам, что произнесла Грейс. – Вы это серьёзно, детектив?
– К сожалению, да.
– Я её не насиловал.
– Разве? – Грейс достала из папки, лежащей перед ней, детальные фотографии тела Джейн: следы пятерни на плече, синяки на запястьях и на внутренней стороне бедра. Она не была уверена, что всё это дело рук Дина, но фотографии могли помочь вывести его из себя.
– Что это? – Он скривился.
– Странно, что ты не узнаёшь, – усмехнулся Джеймс. – Это Джейн.
Дин с минуту смотрел на фотографии. Он нахмурился и скривился, словно ему под нос сунули дерьмо. Эллисон зажала рот ладонью.
– Этого не может быть, – шепнула она.
– Нам жаль, миссис Лейтман, но это так. – Грейс без удовольствия подтвердила свои слова.
Эллисон отвесила пасынку звонкую пощёчину.
Грейс вздрогнула.
Спеси в нём поубавилось, глаза наполнились злыми слезами от обиды и унижения. Миссис Лейтман, казалось, была в шоке от того, что сделала.
Ненадолго в допросной повисло молчание, а потом Грейс снова заговорила:
– Мы понимаем, что ты напился. Потерял над собой контроль.
– Я не насиловал её.
– Окей. Расскажи нам о Джейн. О том, что случилось, а мы попытаемся тебе помочь разобраться во всём. Постарайся говорить правду, потому что мы знаем, что произошло на самом деле.
– Повторяю ещё раз. – Дин наклонился вперёд и посмотрел в глаза Грейс. – Я её не насиловал.
Грейс спокойно выдержала его взгляд, но её беспокоило, что он отрицал свою вину. Главной задачей любого детектива на допросе было не дать подозреваемому произнести фразу «я не виновен»: в таких случаях добиться признания было гораздо сложнее.
– Расскажи, как всё было.
– Я был на вечеринке в пятницу. В доме моего приятеля. Его родители уехали на все выходные. Я напился. – Он пожал плечами. – Мы веселились.
– Расскажи нам о Джейн. Вы были знакомы?
– Да, мы учились в одной школе, только она была на год младше. И я всё ещё не понимаю, в чём вы меня обвиняете.
– На теле Джейн и на сиденье в её машине найдены следы твоей ДНК, Дин. Расскажи, как это случилось.
– Вечеринка была тухлой, я заскучал. Увидел, что Джейн сидит на лестнице, мы поболтали, потом, возможно, поцеловались. И я подумал, что она не против.
– Не против?.. – Джеймс нахмурился.
– Ну, знаете… подняться наверх, в свободную комнату, трахнуться.
