Полежим на травке, друг Аркадий Дай тебя я нежно поцелую Красота природы, друг Аркадий Она тесно связана впрямую С красотою человеческого тела Дай, тебя тихонько между делом Я тебя раздену ненасильно Только, друг Аркадий, так красиво Больше не говори Говори что-нибудь более обыденное и дельное, даже технологическое, что ли Типа: подвинься, теперь повернись на живот, теперь начинай Присыпан снегом мрачный Питер Лишь белый зайчик пробежит Глядишь – и свою шкурку вытер О красно-каменный гранит И стал фарфорово-прозрачный О, зайчик! ты как перст призрачный Здешних мест Все детство, помню, с тараканом Я забавлялся, сколько мог Полно их было Их хомутами и арканами Мучил То их в темницу, то в острог Посажу Когда один из них взмолился По-человечьи Я помню, что не удивился Но перестал Просто неинтересно стало А тут как раз и Сталин помер Друг Коля с девушкой идет Она к нему склоня головку Так незатейливо и ловко И прутик маленький берет Извивающийся И начинает вдруг стегать Его И по болезненным местам Все В лицо кричит ему: Отстань! От меня! — Вдруг делаясь как хлябь и гать Куда он и проваливается Боится девушка быка Как белая березонька Он мясо рвет живьем, пока Она в наряде розовом Бредет тропинкой полевой Вдруг слышит топот за спиной Оборачивается – он перед ней Живой Растает снег и встанет труп Растает труп – и выйдет зелень И я, словно каким-то зельем Опоенный, себе за труд Духовно-мистический Возьму, так пристально и честно Смотреть, смотреть на это место Пока не покажется глубокоспрятанный виновник всего этого Сияет свет над магазином Какой-то силой неземной С плетеной вязаной корзиной Я внутрь хожу и вслед за мной Как будто пенье, трепет крыл Прилавки будто бы накрыл Всем умопостигаемым Всевозможным Приходит, честно объявляется: Вот я пришел вас всех убить! — Они в ответ же удивляются: Не может быть! не может быть! — Отчего же? — И убивает всех подряд Вот они мертвые лежат И все продолжают удивляться: Не может быть! Пушкин по снегу пошел прогуляться Черные ножки свои добела Застудил Люди гуляют кругом да дивятся: Вон, погляди-ка, в чем мать родила Его! — Сверху весь черный, а снизу весь белый — Матушка-Русь, до чего дожила! Да так с тех пор и пошло<p>Стихи написанные от усталости</p>1995Предуведомление
