Как бы то ни было, он продвигался вперёд. Медленно, оступаясь, спотыкаясь на каждом шагу, но продвигался.
Это радовало.
«Ну и чёрт с ним, с Васей, – подумал Алей, уже совершенно на автопилоте вваливаясь в подъезд. – Я сам… я сам всё смогу».
С вечера Алей не проверял мобильного. Он даже зубов не чистил – из последних сил сбросил ботинки и повалился на подушку. Осень не стала беспокоить его звонком, написала СМС. Алей увидел сообщение, когда отключал поутру будильник на телефоне.
«Алик, всё в порядке, – писала Осень. – Я договорилась. К Васе сегодня в пять. Он сказал, чтобы ты не волновался».
– Тьфу ты, блик! – бросил Алей. Он сел рывком, промахнулся ступнями мимо тапок. Мигом слетели остатки сна. Алей пришёл в скверное расположение духа.
Он слишком хорошо знал Осень. Последняя её фраза была лишней. И подозрительной.
Осень умела помогать и советовать. Сочувствовать и успокаивать она не умела. Если она писала «не волнуйся», значит, во-первых, админ Вася действительно так сказал, а во-вторых, это было важно.
«Отсюда следует, – думал Алей, умываясь в лихорадочной спешке, – что Вася хорошо информирован. И вполне возможно, заочно со мной знаком. Вот блик!» Он вспомнил, что речь о Васе у них с Осенью заходила ещё в Старице, и выругался.
– Головой надо было думать! – процедил он своему отражению в зеркале. – Раз есть админы, то должны быть и логи сервера… И один Вася знает, что в них содержится.
Вчера днём, в столовой, слова Осени взбудоражили его до невероятности. Он вскочил и начал метаться вокруг стола, ровно псих со справкой. Изумлённая Осень ловила его за рукав и уговаривала сесть. «Алик, что ты! – с улыбкой повторяла она. – Здесь же народу полно». Она укоризненно качала головой, Алей дико озирался и грыз пальцы, – но народ в столовой был сплошь местный, из Ялика, и программист, внезапно застигнутый озарением, никого особенно не удивил. Алей плюхнулся наконец на стул рядом с Осенью, наклонился поближе к ней и потрясённо выдохнул:
– Ты знакома со вселенским админом?!
– Да, – сказала Осень, – но это секрет. Мой личный.
Алей моргнул.
– То есть как?
– Это внерабочий контакт.
– А как же Стародубцев? – удивился Алей. – Он же кому-то звонит? Он разве не…
– Нет, – ответила Осень. – День Вьюгин звонит другому админу. С которым совершенно невозможно общаться. А с Васей мы учились в одном потоке.
– Что?!
Это уже ни в какие ворота не лезло. Алей не нашёлся со словами и сидел, разинув рот.
Осень улыбнулась.
– Алик, – поинтересовалась она, – ты представляешь себе мальчика-филолога?
– Э-э-э… – только и сказал Алей.
Осень подняла палец.
– Вася – не такой.
Что она имела в виду, Алей не понял. Переспрашивать не было ни времени, ни интереса. Осень решительно встала, он кинулся убирать недоеденный обед, а потом они пошли искать место для тренировок: переговорку, свободную до вечера. Там, за работой, вселенский админ Вася почти что вылетел у Алея из памяти. Алей вспомнил о нём, только когда Осень сказала, что админ может и не взять трубку.
Тогда Алей подумал: если для обращения в техподдержку нужны какие-то особые дипломатические умения, то их нет ни у Осени, ни у него. И сказал, что есть отличный инструмент, называется «предельный поиск». Самое то, когда требуется нетривиальное решение. Может, и метод общения с Васей так поискать? Но Осень мягко усмехнулась и переменила тему.
…Теперь Алей смотрел на себя в зеркало и беззвучно обзывал идиотом.
Дело-то было в Старице. Несомненное, админ всё слышал. И что теперь? «Барин велели не волноваться», – мрачно подумал Алей и сказал вслух:
– Ч-чертовщина.
На работу он пришёл к полудню и три часа не находил себе места. Мысли не подчинялись. Проекты стояли, Алей не узнавал собственного кода. Он скачал учебник и попытался почитать что-то к экзамену – буквы не складывались в слова, не говоря уже о формулах. Джипег подозрительно косился на него, но ничего не говорил. Эль-хакерское чутьё воспитывало в людях деликатность.
Думал Алей не о Васе.
«Вторые сутки идут», – неотвязно крутилось у него в голове. Это было первое, что он подумал, выдернутый звонком будильника из тягостного, мутного сна. Всё это казалось кошмарным сном. Вторые сутки, как Инька бродит невесть где с невесть откуда взявшимся папой… Хорошо, если с папой. Хорошо, если это действительно папа, вернувшийся вдруг спустя десять лет.
А если нет?
Осень сидела на совещании в большом зале. Дверь у зала была стеклянная, Алей раза три ходил к ней маячить. На третий раз Осень его заметила и коротко отмахнулась. «Рано, – прочитал Алей по её губам, – не торопись», – и он с силой провёл по лицу ладонью. Осень сжала губы и отвернулась.
В зале вместе с ней сидели Стародубцев, Иволга, Светел Тишин, ещё какие-то полузнакомые менеджеры и оба директора Ялика, технический и генеральный.
Алей вернулся к себе, сел, тяжело вздохнул и лёг лицом на клавиатуру.
Джипег не выдержал.
– Эй, чувак, – окликнул он, – морда кубиками пойдёт. Что случилось? Не выспался?
– Брат пропал. Младший. Ушёл из дома и не вернулся.
– О, ё, – растерянно пробормотал Джипег после паузы. – Так ты это, поищи его, что ли…
