– Мне пора, Алик, – сказала она спокойно и безмятежно, как всегда. – Ещё полчаса, и я поеду. Тебе сейчас стоит лечь спать, потому что завтра в девять ты должен как штык стоять перед Стародубцевым. Но я знаю, что спать ты не будешь. Пообещай мне, что сегодня ты станешь заниматься только поиском. Никаких материальных туннелей и параллельных миров.
Алей прерывисто выдохнул.
– Обещаю, Осень. Спасибо… спасибо, что ты обо мне заботишься.
– Поклянись, – сказала Осень тихо и твёрдо.
Алей покусал губу. Он смотрел Осени в глаза и понимал, что его видят насквозь. Осень едва заметно кивнула. Тогда он собрался с духом и выговорил:
– Клянусь.
Осень опустила ресницы. Помедлив немного, она встала с кресла и подошла к компьютерному столу.
– Ещё кое-что. Переключимся на ближний прицел. Алик, скажи, как ты оцениваешь сам – ты будешь сдавать эту сессию?
Алей поперхнулся смешком. Меньше всего он сейчас думал об институтских делах. Но Осень держалась совершенно серьёзно. «Многозадачной системе, – подумалось ему, – нет необходимости жёстко выставлять приоритеты».
– Осень…
– С работой решить проще, – сказала дорогая ему антропоморфная многозадачная система. – Завтра после консультации иди в отдел кадров и бери отпуск на время сессии. Что касается экзаменов, думаю, тебе надо купить больничный.
– Что? – Алей не выдержал и рассмеялся вслух. – Осень! Купить? Больничный?!
– Ты же не будешь их сдавать, – удивлённо пояснила Осень. – Тебе нужны астения, хроническое переутомление, депрессия и упадок сил. В связи с тяжёлой ситуацией в семье. Психоневролог даёт такие больничные. У тебя будут законные двадцать дней, и никаких проблем после.
Алей невесело фыркнул. Иногда компьютеры говорят сущие глупости…
– Ты всё продумала.
– Да, – просто ответила она и взглянула на него с вопросом: – Что не так?
– Осень, у меня по профильным предметам ни одной четвёрки за всё время… Без ложной скромности: думаешь, таких много? Меня знают. Я могу себе позволить просто забить, а потом восстановиться.
Осень помолчала.
– Как хочешь.
Алей поцеловал Осень на прощание и проводил её до лифта. Потом вернулся, закрыл дверь и привалился к ней спиной. Задрал голову, уставился на незажжённую лампочку. Кожей шеи он чувствовал согревшийся, но по-прежнему, вне сомнений, неживой металл.
Проксидемон Эн. Неизвестная в уравнении.
Мысли о данной Осени клятве Алей тотчас отодвинул. Он не собирался её немедленно нарушать, просто выбросил тот разговор из оперативной памяти. Сейчас это не было важно. «Буду действовать по обстоятельствам, – думал он. – Если всё пойдёт гладко… почему бы и нет. Стародубцев вряд ли пользуется проксидемонами. Или пользуется? Это-не-важ-но…»
Отбросить всё лишнее. Всё ненужное.
Уже несколько суток почти без передышек Алей мучила нервная дрожь. Сегодня он имел сразу два тяжёлых разговора. Но странным образом он не чувствовал ни малейшей усталости. Мысли были ясны и свободны. Осень оказалась права: в сон его не клонило, он бы и не уснул сейчас.
– Проксидемон понимает голосовые команды, – зачем-то сказал Алей вслух. Потом глубоко вздохнул, накрыл ладонью голову змеи и велел: – Пусти меня в Старицу.
…В роще-интерфейсе по-прежнему царил тихий день. Шумел ветерок, вкусно пахло грибами. Алей не пошёл к берегу – сел на ближайший поваленный ствол и, не теряя времени, запустил поиск.
Предельный поиск, осуществляемый с помощью сервис-программы, мало отличался от обычного, но всё же отличался – это Алей отметил сразу. Первым, что пришло ему, были не видения и не воспоминания о видениях, а собственные недавние мысли. Он ведь уже искал Инея и искал из Старицы, он уже нашёл ключевые точки: дверь, море, поезд, дачный посёлок… ливень.
«Что это значит?» – спросил Алей, и сам себе немедля ответил: «Открыть временный туннель – то же самое, что открыть дверь между мирами. Полохов говорил о морях и океанах реальности. А поезд идёт на дачу…»
Тут он встал и озадаченно взялся за подбородок. Поисковая цепочка оказывалась слишком короткой, странно простой. В сущности, её итог Алей уже видел раньше, но промахнулся, не увидел ответа, потому что это – в его личном тоннеле – никак не могло быть ответом.
Дача. Та самая, которую всю своими руками построил Ясень Обережь. Предельный поиск со всей ясностью говорил: Иней сейчас на даче.
– Она же сгорела, – пробормотал Алей. – Там же одни головёшки…
И осознал, что пропустил одну из ключевых точек. Даже две.
Безбрежны моря и океаны реальности. Бесчисленны параллели. Стоит на реке Неве город Ливень, а рядом, безмерно далеко, в другом мире на той же реке стоит тот же город с другим названием, с теми же музеями и площадями, но с другой историей. Если возможно подобное, то почему невозможно существование двух дачных посёлков, которые на самом деле – один и тот же? Только в соседнем посёлке уже полвека не случалось пожаров…
И адрес параллели тоже не придётся искать долго: предельно короткая поисковая цепочка в то же время имеет предельную смыслоёмкость.
