Наконец, у Кости случился первый всплеск эмоций. Дядька, сукин сын, выложил из походного рюкзака Костины сигареты и полторашку пива, а купить все это в горах не было возможности. В тот день Костя первый (и последний) раз сорвался на дядьку. Было отчаянно стыдно потом, но Иван Константинович только хохотал и довольно потирал руки: мол, ничего, это хорошо, что ты так взбеленился – начинаешь понемножечку оживать…
Однажды к дядьке заглянул приятель МЧС-ник. Сидели, выпивали втроем. Дядька обмолвился, что Костя когда-то занимался плаванием и борьбой. И даже служил в десантниках.
– Сколько же времени прошло с дембеля? – спросил силовик.
– Четыре с половиной года, – ответил Костя.
– Всего-то?
– Что? Сильно потерял форму? – усмехнулся Костя.
– За четыре года можно и не так потерять, если не отрывать задницу от сидения авто и не заниматься… Да фигня это все! Молодого мужика можно быстро в норму привести, если он не нытик и не размазня. А ты, Костик, не из таких. Иди к нам на курсы пляжных спасателей. Будешь – не будешь потом работать, твое дело, а хоть на человека станешь похож. И тоска по братану скорей начнет проходить.
– Заметано, – сказал Костя.
Через два месяца Костя не узнавал себя сам. Через три к нему вернулась не только хорошая физическая форма, но и способности хваткого маркетолога. Словом, это был прежний Костя. И одновременно новый, переродившийся. Фактически, это был уже тот самый Костя, которого знала Марина. А стало быть, и рассказывать нечего.
А, женщины? Да, про них-то мы совершенно забыли. А ведь это именно то, что интересует в первую очередь…
Да, были женщины. И несколько курортных романов. А как же? Работа спасателя и имидж сексапильного мачо к ним располагают. Но любви не было. И не было даже влюбленности. Так… только интерес и желание. Да и коротких романов, хотите верьте, хотите нет, было немного. Почему? Да просто не очень хотелось. И мы, вообще-то, не по этой части, разве вы забыли? Наша страсть – бизнес, а не женщины. Дядька, его компаньон и пара соседних «плантаторов» научились выращивать дивные цветы, причем, даже в зимний сезон, а выручить за них хорошие бабки не могут. Куча товара выбрасывается на свалку – разве это порядок? Нет, это непорядок, а непорядки нужно устранять. Так что какие тут женщины и романы! Делом надо заниматься, а не ерундой.
Как бы объяснить… Есть мужчины, которым для ощущения своей мужской состоятельности нужно постоянно чувствовать к себе женский интерес, вступать в отношения с новыми и новыми женщинами. А есть мужчины, которым для всего этого требуется совершенно иное. И не нужно им большое количество женщин, а нужна одна-единственная, своя. Непросто ее найти, но, уж если она найдется, ее не проморгают, не упустят из-за метаний между двумя, «одинаково любимыми и дорогими». Потому что своя женщина может быть только одна…
Марина проснулась в половине первого. Не удивительно, что проспала так долго, ведь они засиделись до глубокой ночи. А в восемь утра Косте позвонили с работы, спросили, не сможет ли он его заменить своего коллегу, у которого заболел ребенок. Костя, само собой, согласился.
– Не обижаешься, что оставляю тебя на целый день одну? – спросил он Марину. И сам за нее ответил: – Да, знаю, что нет. Ты же меня понимаешь, как никто другой.
– Может, мне поехать с тобой? – предложила Марина.
Костя покачал головой:
– Лучше отдыхай дома. Погода испортилась, будет идти дождь.
Проводив его, Марина завалилась в постель и проспала несколько часов. Жизнь в нынешнем ритме была для нее утомительной, требовалось много спать для восстановления сил. В отличие от Кости она ведь была кабинетным работником, просиживавшим дни за компьютером.
Но это хорошо, что было уже за полдень. Половина Костиного рабочего дня прошла. Пока она раскачается, позавтракает да приготовит чего-нибудь к возвращению любимого, он уже и вернется.
Постояв под душем, Марина пошла на кухню, где провозилась добрых два часа. Потом отзвонилась Наташке. Когда она расположилась с чашкой кофе на лоджии, было начало пятого. После недавнего дождя было свежо и пасмурно – погода, располагавшая к размышлениям.
Где-то далеко летят поезда,
Самолеты сбиваются с пути…
Если он уйдет – это навсегда,
Так что просто не дай ему уйти…
Марине вдруг вспомнилась некогда любимая, но подзабытая песня Максима Леонидова. И это тоже было приятно, потому что герой песни ассоциировался у нее с Костей. С настоящим, живым мужчиной, а не вымышленным персонажем ее фантазий и грез, как бывало раньше.
Сколько раз она представляла себе такие отношения в мечтах! И до замужества, и после, когда уважение – и, как следствие, физическое влечение к мужу – пошло на спад. Иногда она грезила днями напролет, придумав себе вымышленный роман и мужчину. Эти грезы не мешали работе и общению с людьми – Марина умела переключаться. Но стоило ей остаться одной и без умственного занятия, как грезы возвращались.